0.0
снимок
воспоминание 0.1
воспоминание 0.2
воспоминание 0.3
воспоминание 0.4
воспоминание 0.5
воспоминание 0.6
воспоминание 0.7
воспоминание 0.8
воспоминание 0.9
встреча
1.0
0.0

Я не раз обещал себе то, что больше никогда не вернусь в это место, но каждый раз возвращался. Я наступал на одни и те же грабли каждый чертов раз. Я обещал себе перестать общаться с этими людьми, но я все равно общался с ними.

Для поддержки статуса.

Хотя я уже давно не верил во всю эту чушь.

Меня словно тянуло сюда что-то и это были вовсе не "друзья". Этот город пагубно влиял на мое состояние, не материальное. Здесь я чувствовал себя, как маленькая рыбка в океане акул. И хотя я уже покинул это место, переехав совершенно в другой город, с кучей новых людей, я все равно чувствовал себя заточенным в аквариум, прячась за каменным замком.*

Мы сидели в баре. Запах стоял отвратный, но они, кажется, уже привыкли к нему. Огоньки над нашим столиком сегодня горели синим, пиво сегодня было по акции, сегодня была пятница. Сидели и обсуждали за кружкой пива события из своих жизней, точнее из их жизней, я в наших встречах всегда выступал слушателем. Забавно, да? Просто сидеть и слушать, и слушать, и слушать, как старый шарманщик, прокручивающий свою мелодию снова и снова. Каждый рассказывал о том, как тяжела семейная жизнь, о том, что недотрах - это проблема глобальная, о том, как дети не дают спать и постоянно гадят, словно мы обсуждаем животных. Я был рад за то, что у них все плохо, потому что я каждого из них ненавидел по-своему. Нас было четверо. Все были женаты, кроме меня, я оставался вечным холостяком, потому что ни за что на свете не хотел вот так сидеть и обсуждать отсутствие секса из-за юного возраста детей-гаденышей, кучу кредитов, жену-идиотку и ее мать, вечно ломающуюся машину и прочие бытовые проблемы. Жизнь для меня закончилась уже давно, а сейчас я просто переводил оставшиеся ее годы. Они смеялись, а я старался смеяться вместе с ними, но это все было так фальшиво, так убого, так мерзко, словно захлебнуться собственной блевотиной в самом вонючем мотеле города с какой-нибудь дешевой сорокалетней проституткой рядом. Немного загнул, но суть ясна.

— Мэлони редкостная дрянь, орет постоянно, говорит: «Рудж, ты должен найти вторую работу», а я ей отвечаю, что пошла бы она к черту далеко и надолго, я ведь и так устаю, как кобыла грузовая, а она мне: «Тогда зачем я детей рожала?» — он глотнул пива и сделал затяжку. — А я и отвечаю ей, что не нужно было тогда рожать, потому что мне эти засранцы не нужны были, так она давай на меня с кулаками, кричит: «Убирайся, урод, из моего дома!» — он снова глотнул. — А дом-то мой, вот я и говорю, чтобы она тогда убиралась и чтоб гаденышей с собой захватила, — мы кивнули ему в знак одобрения и зазвенели нашими кружками.

Рудж редкостная скотина. Я считаю, что это Мэлони не повезло с мужем, а не ему с женой. Помню, как он только познакомился с ней. Он тогда кричал, что отхватил самую горячую штучку во всем штате. Она тогда работала в каком-то модельном агентстве, которое штамповало моделей для журналов для взрослых. Помню, как он крутил перед нами какой-то газетенкой с ее фотографией на первой странице и так гордо заявлял о том, что это его девушка, будто это был юбилейный выпуск плейбоя. Ну, вот женился он на ней, отхватил «самую горячую штучку во всем штате», и что теперь? Теперь на ней двое малолетних детей и один ребенок, возраст которого приближался к тридцати. Никакого интима в их жизни нет, потому что она просто-напросто вся в хлопотах по дому, а он только и делает, что просиживает свою жирную задницу в баре, выжирает несколько кружек пива и жалуется на то, какая его горячая штучка уже не горячая. Хочется порой взять его и раскрасить его жирную свиную морду, чтобы прям больно ему было, чтобы прям, визжал, как поросенок, чтобы прям, кричал, о том, что это он дрянь паршивая. Ненавижу его, но улыбаюсь его рассказу и киваю в знак одобрения вместе со всеми. Двуличная мразь? Да, просто это выгодно. В жизни нет ничего справедливого, понимаете? Здесь важно то, насколько ты хороший лжец, нежели твой внутренний мир, но я знал человека, который считал иначе, хотя знал, что прав был я.

— У нас с Лори все более менее терпимо, наверное, потому что я трахаю свою секретаршу, — тут он засмеялся. Все подхватили его заразительный смех и я тоже, я же не последнее дерьмо в этой компании, да? — Стараюсь почаще возить их с Бенни куда-нибудь, потому что сына я люблю безумно и не называю его гаденышем, — он проговорил это слово шепотом, немного нагнувшись к Руджу, а тот явно почувствовал себя неловко.

Генри не такая скотина, как Рудж, но я бы не сказал, что он ангел во плоти, скорее, такая, шестерка черта с задатками мрази. Жена у него женщина достаточно самостоятельная, симпатичная. Как говорит Генри: «Орет только в действительно критических ситуациях». Кредит у них вроде один, на машину, но я особо не помню, погасили они его или нет. Я конечно слушаю его истории, но особо не вникаю.

Сынишка у него парень озорной, футболит начинающий, получает кучу любви и внимания, но я бы не сказал, что он избалован. Как-то пинали с ним мячик, так он ни разу не обратился ко мне на «ты». Либо слишком хорошо воспитан, либо я слишком старо выгляжу.

Про Лори могу только сказать, что она, в общем-то, женщина неплохая, только вот мы существуем для нее как компашка уродов: урод-одиночка, урод-тряпка и урод-свиное рыло. Она работает, не домохозяйка, в саду поковыряться любит. Когда мы приходим с уродом-тряпкой и уродом-свиным рылом к ним в гости, она обычно сидит напротив меня, нога на ногу, смотря на меня будто на дерьмо, почему - не знаю. Казалось бы, вполне себе хорошая семейная пара, но и тут все слишком убого. Не знаю, для меня семья - это когда все любят друг друга, любят детей, не называют их гаденышами, не трахают секретарш, уважают друг друга, в конце концов. Насколько низко нужно пасть, чтобы дойти до измены? Изменяя любимому человеку, ты в первую очередь изменяешь самому себе.

— Ты, Генри, как всегда легко отделался. Мари на развод подала в прошлый вторник, - вот, кто действительно любил свою семью в полном составе - так это Кайл. Мне было искренне жаль его. — Она собрала чемоданы, сказала, что нашла кого-то и забирает детей с собой. — Он закрыл руками лицо, голос его стал дрожать. — Я ведь все делал для нее, я же безумно люблю ее. — И тут он действительно заплакал. Рудж и Генри странно смотрели на него, а я утешал, потому что прекрасно понимал, что это такое - потерять любимого человека.

Кайл был немного другим. Он был весельчаком и душой компании, безумно любил свою жену и двух дочерей. Он часто отказывал ребятам в том, чтобы попить пива после работы, потому что обещал дочкам поиграть с ними в чаепитие. Девочки у него были хоть и одинаковые внешне, но все равно внутренне были разными. Лина необщительная, закрытая, рисовать любит. Помню, как она очень долго не хотела показывать мне свои рисунки, потому что боялась, что я осужу её. Я тогда сказал ей, что никто не имеет права кого-то осуждать, если считает плоды чьего-то творчества «чем-то непонятным», потому что, черт возьми, у каждого разное мнение, у каждого свое понятие обо всем, не нужно слушать других, нужно слушать себя, потому что кроме себя самого ты никому ни на кой черт не сдался. Она тогда стояла и хлопала своими глазками, теребя фартучек платья. Наверное, это было слишком в грубой форме донесено до шестилетнего ребенка, но она тогда сказала, что ей нравятся свои работы, и если я скажу, что они так себе, то она плюнет мне в глаз.

Вот вторая девочка, Элина, сама всё прекрасно знала и без меня. Для этой девочки существует только она сама, этакое солнышко в Солнечной системе. Ныть любит и вечно кричать: «Я, я, я!». Ненавижу таких детей, избалованных и мерзких. Знаете таких малолетних уродцев-язв? Гаденышей, как сказал бы Рудж. Вот это просто ужасные дети, но вроде как до поры до времени.

Кайл всегда ставил семью выше друзей, и я уважал его за это, а вот Рудж и Генри - нет. Они считали Кайла тряпкой, а я считал его настоящим мужчиной. Он был мне ближе всех из нашей компашки, потому что он был искренним.

Вот жена его, Мари, мне никогда не нравилась. Да, он любил ее, но она не любила его. Вот вам еще один пример того, что ни на кой черт не сдалась эта семейная жизнь. Грустно это все. В любом случае все закончится, это только вопрос времени.

— Ну, а ты, Аарон, все еще бежишь от семейной жизни? — спросил Генри, и все засмеялись.

— Я бегу от такой дерьмовой семейной жизни, как у вас, — я сказал это достаточно серьезно, но заставил себя посмеяться в конце, чтобы все это выглядело шуткой. Они повелись на мой трюк и засмеялись вновь.

Общество лицемерных скотин.

— Аарон, — окликнул меня Кайл и полез в карман, начав что-то искать там, - совсем забыл, Мари кинула в меня книжкой во время ухода, а это оказался альбом со странными фотографиями, там я нашел это, думаю, я должен отдать ее тебе. — Он протянул мне какую-то бумажку.

© Дин Кастер,
книга «аквариум».
Комментарии
Упорядочить
  • По популярности
  • Сначала новые
  • По порядку
Показать все комментарии (2)
Stephen Dark
0.0
Будто читаю Над пропастью во ржи. Такой же стиль. Только там ошибок нет, а здесь - есть. Причём не грамматические в основном, а тавтология и пунктационные. Мне не нравится читать это. Если бы я хотел послушать трёп мужиков, я бы пошёл в бар. Дайте мне нормальную историю, а я читаю какую-то sjhxhd.
Ответить
2019-07-04 06:04:12
Нравится
Akiro_Kiel
0.0
Прекрасное начало! Автор, вы меня заинтриговали ;) Красивый стиль, интересный сюжет))
Ответить
2020-07-10 08:32:20
Нравится