Художник
Считая звезды
«Одинокая колыбельная»
Саморазрушение
Эдем на двоих
Эдем на двоих

Я лежал на диване, в потолок выдыхая клубы табачного дыма, извивающиеся в причудливые фигуры, похожие на разводы бензина в лужах. Смотрел в потолок, протягивая безжизненную бледную руку сквозь никотиновый яд, к свету, но мне было далеко до света.

Ветер из открытого окна обдувал оголенное тело, заставляя кожу покрываться мурашками, вспоминая каждое твоё сообщение, отправленное когда-либо.

Я любил тебя, я помнил тебя, твоё все - было моим всем, мы были друг другом, когда-то сомкнувшись воедино, когда-то отрешённо любив.

Я наполнял тебя собой, заполнив всю твою пустоту в душе, ты был моей путеводной звездой в мире, потухшем, где за частичку света приходилось расплачиваться душой.

Ты и был душой моей, вот настолько безвозмездно я любил тебя, любил... продолжаю любить.

Зависимые от алкоголя, оба, мы отравляли свой организм изнутри. А для чего? Заполняли пустоту, очевидно, но мне никогда не пусто рядом с тобой, потому что лишь с тобой я был целым.

Моя цельность измеряется в граммах употреблённой запрещённой продукции, на какую затяжку ты придёшь ко мне? Может, ты посетишь меня лишь после очередных разводов бензина в голове, когда мозг не будет соображать, а тело все скажет за меня?

Я хочу заполнишь твою пустоту, клянусь, я часто мечтаю о том, как буду заполнять тебя. Как с каждым уверенным толчком вперёд, я буду глубже, а твой стон усилится, с каждым новым вздохом, ты будешь ловить мои поцелуи на своей оголенной спине, аккуратно прогнувшейся под напором моей жажды? Жажды тебя всем моим телом, да, я жажду тебя изнутри.

ты дышишь глубоко, потому что рукой я сжимаю твоё горло, я хочу, чтобы ты знал, что власть над тобой принадлежит мне, но принадлежит ли? Я отпускаю тебя, дав заглотнуть последние пары воздуха, прежде чем войти в тебя с новой силой, заполнив тебя окончательно. Лишь в этот момент я понимаю, что это я принадлежу тебе. Я весь твой, так дай мне почувствовать себя в твоей собственной власти.

И я чувствую. Я чувствую каждую каплю пота с твоего прекрасного тела, проводя рукой по торсу, прикоснувшись к твоему лицу, притягивая тебя к себе, чтобы навсегда запечатлеть этот момент в своей памяти - момент, когда мы слились воедино настолько, насколько это было возможным. Я был под тобой, я всегда был ниже тебя рангом, зачем я хотел взлететь? Я лишь хотел доказать тебе, что ты не зря воспитал меня таким.

Я обязательно докажу тебе, клянусь, когда ты вторгаешься в мое пространство сильнее, я осознаю, насколько сильно я важен тебе, я должен сделать в этой жизни что-то ради тебя, и я сделаю, а пока я готов принимать каждое движение твоего тела своим.

Теперь ты наполняешь меня, лишая полной власти, я всего-то дарю тебе улыбку, сглатывая твоё откровение, ты сладок, ты запретный плод, из-за тебя Отец наш всевышний закроет мне дорогу в рай, но ты стоишь того, ты стоишь мгновенной сладости искушения в обмен на вечные муки.

Я хочу тебя больше, я хочу чувствовать тебя своим телом, прошу, будь со мной нежен, мне хочется верить в наш собственный Эдем. мы ведь сами его создали. Помнишь? Вместе. Здесь.

Почему я был так глуп? мы зависимы друг от друга, наш извечный симбиоз не позволяет нам быть порознь. Так будем вместе? Будем ли мы вместе вершить правосудие, над собственными проблемами жизни? Справимся ли? Я хочу. Я хочу быть с тобой больше, чем хочу тебя изнутри. Так будь мной, а я буду тобой. Мы навсегда вместе, сколько бы паров никотинового яда я не излучал, сколько бы ты не заглушал своё одиночество алкоголем, сколько бы я не пытался себя убить, сколько бы ты не пытался меня похоронить, мы навечно вместе. Так заключили небеса, там решено свыше, смеем ли мы противиться? Нет.

Я лежал на диване, в потолок выдыхая клубы табачного дыма, извивающиеся в причудливые фигуры, похожие на разводы бензина в лужах. Смотрел в потолок, протягивая безжизненную бледную руку сквозь никотиновый яд, к свету, но мне было далеко до света, мне было далеко до тебя, любовь моя. 

© Дин Кастер,
книга «Мечтатели».
Комментарии