Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 4
Подруга сидит и смотрит на бледнокожего парня, с каштановыми волосами, густыми ресницами и немного пухлыми губами. Его грудь тихо вздымалась и отпускалась. Я стаю позади Габриэллы и смотрю, как она держит его руку в своей. Безумно мило, казалось бы, если бы этот парень не раздражал меня.
- Нам пора, Габи, пойдем, - пытаюсь поднять ее, не удается.
- Я никуда не пойду, пока он не очнется, - отрицательно вертит головой и вытирает слезы тыльной стороны руки. Она видела, как бьют человека. Как жестоко поступают с ним. Как он кричал от боли. Девушка переживает это уже второй раз.
- Так не пойдет, - присаживаюсь на стул рядом с ней. – Мы тут уже три часа, приедем сегодня в обед, или к вечеру, давай?
- Нет. – Выдыхаю. Бесполезно.
Дункан задерживает дыхание и томно вдыхает. Парень пошевелился и открыл глаза. Они бегают от нее до меня и обратно. Девушка отпускает его руку и отдергивает как ужаленная. Встаю и закатываю глаза.
- Спасибо вам, спасибо тебе...
- Замолчи, - мотаю головой и смотрю на него с безразличием. – Мне не нужна твоя благодарность. Я и вовсе не хотела тебя везти, но, если бы я этого не сделала Габи сошла бы с ума.
Девушка покраснела, Лукас улыбнулся такой реакции. 
- Раз уж он проснулся, то, поехали, Габи. 
Снова подхожу к девушке.
- Да что с тобой такое? – Ее глаза недоуменно моргают и смотрят на меня. 
- Спроси у него, - киваю подбородком в его сторону. – Может он расскажет, потому что я не могу.
Подхожу к двери и открываю ее. 
- Я ухожу. До завтра, Дункан.

Вся злая и обессилившая выхожу с больницы и еду домой. К пяти часам я уже была дома. Отец все так же спал. Поднимаюсь к себе в комнату, плюхаюсь на кровать и засыпаю.
                                                                     * * * * * 
 - Ну и что это такое? – Не успел мой день начаться, и уже была недовольна. Настроение испорчено. За кухонным столом сидели Джек, Мой отец и Фабиан, спокойно попивая кофе. Стою в проеме, скрещивая руки на груди. Стрелки часов указывали на то, что сейчас было пол восьмого утра. 
- Ну ты и спишь, Хантер. Что ты делаешь целую ночь? – Удивленно спрашивает Харисон. Действительно.
- Помогаю бездомным кошкам и собакам, - саркастически отвечаю и присаживаюсь за стол. Все, мне это надоело, хочет вывести меня своим присутствием? Значит я буду выводить его своим поведением. Начало игры. Раунд.
- Что, правда? – Удивленно поднимает бровь Харисон. Смеюсь его мимике.
- Нет, просто сериалы очень интересные, - Благодарю отца за поставленную передо мной кружу кофе, делаю глоток и выдыхаю сгусток пара во рту. Фабиан старательно избегает меня глазами, что-то печатая у себя в телефоне.
- Кстати, прости, если покажусь навязчивым, но, мисс Аддерли рассказала мне про то, что ты бывшая балерина, так ли это? – делает глоток кофе и ставит кружку на стол.
- Да, - улыбаюсь и перевожу взгляд на отца. Он кивает, мол, расскажи, чего уж там таить. Я всегда гордился тобой. – Мама отдала меня в три года на балет. Нас гоняли, чуть ли не били упряжками по ногам. Я истирала все ноги в кровь, родители переживали, а я приходила домой счастливой, - воспоминания влезают в мою голову, и я непроизвольно улыбаюсь,  смотрю на свои руки. – На протяжении двенадцати лет я ходила туда каждые пять дней в неделю. Я любила мою группу. А моей главной учительницей была боль. Боль не давала забывать мне о том, для чего я танцую, ради чего все это, и что я достигну. А танцевала я для отца, - Почему я танцевала для него? Да потому что только он приходил ко мне на постановки, только он... А мать ходила по мужикам. Вот так... - Но как только я набила первую татуировку, мне пришлось покинуть балет. Там были жесткие правила. Которые я не любила соблюдать.
Харисон и отец смеються.
- И не жалеешь? – Слышу я и поднимаю глаза. Это сказал Фабиан? Действительно он?
- Нет, все что сделано, то сделано. Ничего уже не вернуть. – Отвожу взгляд и вижу счастливого отца. В этом городе он расцветает, молодеет. А я забиваюсь в глубь своей комнаты и боюсь людей... Честно; я бы лучше просто переехала в другой район Бристоля, чем вот сюда. Где я чувствую себя не в своей тарелке. 
- Что ж, тоже верно, - кивает Джек Харисон.
- Так. Ладно, - папа хочет что-то сказать, и я уверенна: то «что-то» мне не понравиться. – Собирай вещи, мы едем на природу, куколка.
Я же сказала не понравиться. 
- Кто это мы? – Невзначай интересуюсь. 
- Как это кто? Джек, Фабиан, ты и я.
- Отлично! – Делаю вид что радостно соскакиваю и целую обоих мужчин в щеки.  Харисон удивляется, но опомнившись, улыбается и смеется. – Я так рада! 

Нет. Совсем не рада. Вообще не рада! Ухожу в свою комнату и громко хлопаю дверьми. Какого черта тут вообще происходит. Еб твою мать!  Тру переносицу большим и указательным пальцами. Ладно, черт с ними. Переодеваюсь. Натягиваю на себя джинсовые шорты с завышенной талией, гетры на ноги, почти доходящие до конца шорт. Сверху я накидываю майку-алкашку черного цвета, и все это дополниться моим вязанным серым кардиганом. Кидаю в мой портфель колонку для музыки, пачку жвачек, если мы будем там до вечера, то нужно взять небольшой плед. Мой любимый вязанный плед, который подарила мне моя покойная бабушка. Снова кидаю наушники телефон и книгу. Проходит уже час, я решаюсь выходить. По пути собираю волосы в конский хвост и выхожу. 
Мои спутники открываю рты.
- В-Вер, мы вроде едем на природу, а не в клуб. – Почти невнятно бубнит папа. В его руках и в руках Джека два походных рюкзака.
- Пап, я все продумала, не переживай, - подмигиваю отцу, накидываю кардиган, обуваю черные кеды на трехсантиметровой платформе. Выхожу с дома, направляюсь к машине. Отец открывает дверь, я закидываю рюкзак посередине, сажусь около окна, закрываю дверь.
Мужчины закидывают все в багажник. В том числе мангал и бутылку коньяка. Фабиан с недовольной рожей садится со мной сзади. 
- Вы собираетесь пить? А кто вас домой повезет?  - Спрашиваю у отца и друга семьи.
- Как это кто? Ты что, зря на права отучилась? – Отец фыркает. Заводит машину и выезжает на дорогу. 
- Я вам тут что, в водители нанималась?
- Угомонись истеричка, - шипит парень, что сидит рядом. – Я всех отвезу.
Недовольно отворачиваюсь, смотрю в окно. Включаю на телефоне музыку. Втыкаю в уши наушники и погружаюсь в свою личную гармонию.
* * * * *

 Мы ехали почти пять часов до места предназначения и наконец-то мы тут. У Миссисипи. Выхожу с машины и вдыхаю в себя чистый воздух. Никакой суматохи. Мы выбрали тихое местечко у почти у  самой реки. Разложились на пригорке. Я помогла раскинуть покрывала наземь. Погода была чудесной. Термометр показывал почти восемнадцать градусов тепла. Снимаю с себя кардиган, кидаю на покрывало, натягиваю на себя легкую жилетку отца. Все это время, пока я помогала отцу и Харисону, Фабиан нагло разговаривал с кем-то по телефону и курил сигарету.
- Фабиан! Я же просил! Прошу, хотя бы не тут! – Громко настаивает Харисон, тот ругается. Уходит в глубь леса. – Ну и черт с тобой. 
Мне становиться грустно на душе, от того, что это мужчина хочет только лучшего для племянника, а этот стервятник ведет себя неподобающим образом. Хотя, чего я ожидала. Это Фабиан Тёрнер. Это кусок дерьмица, который всем портит жизнь.
После того, как помогаю отцу и Джеку, беру телефон и иду к реке. Решаюсь все-таки позвонить Габриэлле. Как бы я не злилась на Лукаса, на нее я злиться не могу, да и не хочу. Рыщу в телефонной книге знакомые цифры. Нажимаю на «вызов» и жду ответа. Спустя пару гудков, трубку берет Габи:
- Пожалуйста, скажи, что ты жива, - выдает девушка, не злиться. Улыбаюсь. Наматываю прядь волос на палец.
- Все хорошо... Ну почти.
- Что значит почти? Говори где ты, я тебя заберу. – Девушка тараторила.
- На Миссисипи? Вот уж не думаю, что ты сюда приедешь.
- Уже... Стоп. Что? Куда, куда?
- Папа и Харисон решили меня окончательно добить. Недавно только приехали, - поворачиваюсь. Смотрю на мужчин и одного балбеса, который только что подошел. Иду вдоль берега, кидая камни в воду.  – Сегодня в пол десятого мы выехали на природу. Решили развеяться. Так, хватит обо мне. Как ты там? Как.. Лукас? – Не хотела я это спрашивать, видит Бог.
- Все хорошо, он идет на поправку, и... Я все знаю, Хантер. Лукас мне все рассказал. 
Руки начинают дрожать. Закрываю глаза. Вспоминаю ихвзгляд. Они смеются. Им весело, когда мне больно.
- Мне очень жаль...
- Не нужно жалеть меня, Габи! – Перехожу на крик. – Перестань жалеть меня, словно, я тебя об этом умоляю. Ничего такого не произошло. Я лишь поняла, какого это быть униженной.
- Не кричи, я поняла. – Я не слышу обиды в ее голосе и нервно хлюпаю носом. 
- Ты плачешь?
Действительно, я плачу. Руки дожат, в груди жжет от переизбытка чувств. Я не могу остановиться.
- Пока, Габи.
Скидываю трубку и засовываю телефон в задний карман шорт. Присаживаюсь у берега. Опускаю руки в холодную воду. Мне захотелось окунутся,  в этот прохладный омут воды. Захотелось почувствовать ее холодное касание на моей коже. Не соображая, что делаю, бегу к отцу. Все трое пары глаз смотрят на меня с неприкрытым непониманием. Роюсь в портфеле. Нахожу мой маленький плед. Беру его и по дороге сбрасываю с себя вещи.
- Ты че творишь, дура!? – Сзади слышу голос Фабиана, они бегут за мной. Мне плевать. Внутри на столько все жгло, мне захотелось остановить это безумие. Захотелось затушить пожар внутри. Снимаю шорты и захожу в воду. Мои голени прожигает холод. Так приятно мне никогда не было.
- Куда ты пошла, Хантер! – Кричит отец.
- Остановись! – Харисон. 
Мне плевать. Судя по голосам – в метрах пятнадцати от меня. Резко бегу в воду. 
- Хантер Вирджиния Тафт! Немедленно вылезай оттуда!
Не слушаю отца и погружаюсь в холодную воду. Мое тело укутывает холодная пелена Миссисипи, я плыву все дольше и дольше. А главное, сейчас, я забываю о моей матери-****и, о Фабиане, который бил меня, словно грушу. О Эрике и Лукасе, которые ничего не сделали с этим. Они смеялись. Смотрели на меня и смеялись. Но смех прекратился лишь тогда, когда они увидели меня в полуживом состоянии. И потом, они просто ушли. Я забываю о смерти единственной бабушки, которая помогала мне справиться с болью в ногах, в полуживых ногах. Вытирала мне слезы. Забываю свою группу балета и просто плыву. В груди начинает не хватать воздуха, я выныриваю.
- Я тебя убью, Хантер! – Кричит отец. Отплываю назад, пугаюсь. Никогда еще не видела его таким злым. Он видит это и проводит ладонью по лицу, затем по подбородку.
- Прости меня, солнышко, прошу, вылезай оттуда. Я же волнуюсь.
Тело начинает бить озноб. На самом дне очень холодно. Я не касаюсь его. Вот и сейчас, когда я могу просто взять и утонуть, от схватки судороги, я не боюсь. Но я боялась одного – что тот день с Фабианом Тёрнером повториться. 
                                                         * * * * *
Еще минут пять нахождении в воде, превратили цвет моих губ в синий, мою кожу в белую, как снег цвет.  Собираю мысли в кулак и плыву на берег. Будучи на половину в воде, выжимаю свои волосы, распускаю их. Резинку натягиваю на кисть. Отец стоит, смотрит на меня с нежностью, раскрывает мой плед. Выхожу с воды. Он укутывает меня и обнимает.
- Пап, прости меня...- Хриплю, и утыкаюсь ему в шею. – Я не знаю, что на меня нашло.
- Все в порядке, - папа еще крепче обнимает меня и берет на руки.
- Папа! Отпусти! Я ведь не маленькая! 
Мужчина начинает хохотать. Его смех подхватывает Джек, собирая мои вещи.
- Ну уж нет малышка, ты для меня всегда останешься той самой маленькой Верой. Моей сильной верой в себя.
Хватаюсь за его шею руками и прикрываю глаза. Отец усаживает меня на покрывало, укутывая меня теплее в плед. Пристраиваюсь у костра и начинаю греть руки. 
Пылкость внутри меня исчезла. Все стало так спокойно внутри. Мне нужно было это сделать. Нужно было сделать то, что усмирило бы мои нервы. Что заставило бы меня остыть, в прямом смысле этого слова.

На улице темнеет. Отец и Харисон выпили не одну стопку коньяка. За это время, я успела высохнуть, одеться, и заплести волосы в косичку. Папа покормил меня словно маленькую и приказал сидеть подле него. Взяв книгу, я погрузилась в строки этого прекрасного мира. Рядом, в метре двух от меня, сидел Фабиан, дымил своими сигаретами так, что мои глаза начинали слезиться. Словив себя на мысли, что не стоит вообще ничего ему говорить, поворачиваюсь к нему спиной и продолжаю свое чтение.
Слышу глубокий вздох, смешок. Звук клавиш на телефоне. Закатываю глаза и снова устремляю свой взгляд в книгу.
* * * * *
Пора ехать. Отец с другом не так уж и много выпили, но везти машину были не в состоянии. За руль сел Тёрнер, я не стала спорить, сев на заднее сиденье с папой, погрузила на его плечо голову и уснула.
Дома мы были во втором часу ночи. Захожу в дом, благодарю папу и Харисона за прекрасный день, снова целую их в щеки и ухожу в комнату. Беру вещи, и промокший плед. Иду в ванную комнату. Закидываю плед в корзину для белья. Принимаю душ, одеваю свое легкое платье для сна, иду в комнату, и впервые пять минут засыпаю.

Сегодня понедельник. Эту ночь естественно я не выспалась. Подхожу к школе, вижу такую картину:
Фабиан снова пристал к какому-то маленькому парнишке. На этот раз он был в классе пятом. Он заряжает ему пощечину. Томно выдыхаю, прохожу мимо, сжав руки в кулаки, направляюсь к Габс, и Лукасу.
- Так вы пара? – С хода выдаю я, отнимаю у Лукаса сигарету. Те в шоке смотрят на меня Замешкались. Оба. Улыбаюсь Габриэлле, но не ему.
- Н-нет, - выходи из оцепенения подруга. Все еще держу сигарету в руках.
- Тогда почему он тут? – Взгляд Лукаса был позади меня. 
- Я просто пришел поблагодарить еще раз Габриэллу и тебя за то, что помогли мне тогда.
- Засунь свои извинения себе в зад. – Отвечаю, беру сигарету, втягивая в себя сгусток дыма. В этот момент, глаза Габи расширились, она подходит ближе, Лукас отдергивает ее.
- Дура? – Кто-то вытаскивает сигарету с моих рук. Тёрнер. Чертов Тёрнер. Обхожу Фабиана, беру Лису за руку, веду за собой. – Боишься меня, новенькая?
Это выводит меня из равновесия. Резко останавливаюсь, отпускаю руку Габи.
- Хан, не надо... - выдергиваю руку с ее хватки и направляюсь обратно. Его лицо ничего не выражало. Той глупой улыбки нет. Он в предвкушении, что я сделаю. Как облажаюсь на сей раз. Подхожу.
- Значит так, Тёрнер, - начинаю кричать на весь школьный двор. – А не пойти бы тебе в зад, со своей завышенной самооценкой!?
Проходят смешки. Его глаза вмиг приобретают гнев. Губы выравниваются в тонкую линию. Челюсть сжата. Зубы чуть ли не скрипят.
- Да я тебя...
- Что? – Перебиваю. Лучшее сейчас, это наконец-то сказать то, что он опасался.  – Неужели ты прямо сейчас начнешь избивать меня, при всех? Как тогда, в школьном коридоре? Тогда ведь ты не портил свою репутацию. Ведь этого никто не видел. Стоп. – Я улыбаюсь. – Как это никто? – Смотрю на Лукаса.  – Это видели Лукас Буш и Эрик Мартин. Вот они, ваши герои! Ваши красавчики! – Кричу напоследок, разворачиваюсь и ухожу. Габи идет за мной. Кидая жалеющий взгляд на Лукаса.
- Зачем ты так с ним?
Заходим в класс. Садимся на свои места. 
- Если бы на моем месте была бы ты, ты бы заговорила по-другому.
- Но ведь, он ничего не мог поделать. – Габс уже кричит. – Ты сама видела, что Фабиан сделал с ним тогда!
В самом деле. Но, я не видела того, чего говорит моя подруга. 
- Мне искренне жаль, но что сделано, то сделано. – Повторяю когда-то сказанную мной фразу и погружаюсь в урок.

Я выдержала все уроки. Звенит звонок на последний урок. За все это время я не видела этих троих. Они ушли с уроков. Габс злилась на меня максимум два часа. Она поняла, что симпатия к этому парню затуманила ей разум и закрыла глаза на то, что он сделал. Габс согласилась, что такое не простительно.
Идем по трибунам, садимся и болтаем о новеньких девчонках, что недавно пришли к нам в школу. Они были в параллели. Габс достает воду, ополаскивая засохшее горло. Перевожу взгляд на мальчиков. Кто-то подтягивается, кто разговаривает, кто-то пасует мяч. Снова смотрю на Габриэллу. Начинаем говорить о предстоящем балле. Этот зимний бал у меня уже в глотке сидел.
- Господи, хватит, а? – Смотрю на подругу. – Только через три дня начинается октябрь. Балл же в декабре, почти в конце....
- Я как староста класса, обязана подготовить все на высшем уровне!
Только не это...
- И ты мне в этом поможешь! Хочешь ты этого, или нет. – Закатываю глаза. 
- Крепостное право давно отменили, и меня отнюдь не радует то, что я должна тебе помочь с этой фигней, - скрещиваю руки на груди. Упираюсь на спинку стула. 
- Это не фигня, Хантер! – Шипит та. – Это твой, или мой шанс, и вообще, шанс любой девушки стать королевой балла. – Мечтательно прикрывает глаза и облизывает нижнюю губу прикусывая ее.
- Смотри в обморок не упади, королева, - шикаю и снова устремляю взгляд на поле.
- Да ну тебя! Зануда. – Смеюсь ее словам.
- Ну ни фига себе, - девушка чуть ли не роняет челюсть к полу. Смотрю туда же куда и она. Скрываю свое удивление. Но мне жаль Габс. Как задницей чувствовала! Как знала...
Эта «чудеснейшая» тройка пришла с пополнением. С двумя новенькими девушками, и одной с нашего класса. У Лукаса была одна из новеньких. Рыжая красавица. С длинными волосами ниже ягодиц. Они улыбались, смеялись. Присели на последний ряд трибун, начиная при этом целоваться. Я неотрывно смотрела на Габс, которая вот-вот расплачется. Я. Его. Убью. Вот же гад. Ушлепок не долепленный. Если бы можно было бы испепелить взглядом, я бы это уже давно сделала. Всех троих. Одним махом. Подонки.
Габс всхлипывает, продолжая пялиться в открытую на эту картину.
- А, впрочем, - она опускает взгляд. – Знаешь, теперь я абсолютно уверенна, что мы зря помогли тогда Лукасу. - Мысленно улыбаюсь. – Нужно было его тогда еще отпинать.
- Эй, к чему жестокость? – Кладу свою руку к ней на плечо. Габс поднимает взгляд, в ее глазах застывшие слезы.
- Он мне ничего не обещал, поэтому, мне не чего расстраиваться, - рукой проходится поволосам.  – Не надо было вообще тогда идти на ту вечеринку. Сдох бы, да и ладно.
С этих слов начинаю хохотать. Габи улыбается. Все трое смотрят на меня в упор. Эрик и Фабиан зло усмехаются, что-то шепча на ушко девушкам, они встают. Идут в сторону поля. Провожаю их взглядом, и тогда встречаю взгляд Лукаса. Он о чем-то предупреждал. Склоняю голову на бок. Отводит взгляд.
- Только не оборачивайся... - Говорит Габс, и как по закону жанра, я поворачиваю голову в сторону поля. Застываю. Кучка парней держат огромный плакат, на котором моя фотография в нижнем белье. Миссисипи... Он сфотографировал меня тогда... В горле застывает немой крик. На плакате написано:
«Как вам известно, эта наша новенькая Хантер Тафт, или же Ш.Л.Ю.Х.А» . Сердце предательски застучало с такой силой, что вот-вот выскочит из груди. Мне становиться больно. Снова разгорается огонь. Все девушки, которые находились на этом поле молчали. Смотрели на меня. Снова этот сочувствующий взгляд... Как же я его ненавижу! Я ненавижу Фабиана Тёрнера! Парни начали ржать как лошади, встаю с трибуны. Беру свои вещи. Молча ухожу с того места. Ничего не ответив. Ничего не сказав подруге. Не со смехом. Не улыбнувшись. Просто встала и ушла. Идя по школьному пустому коридору, понимаю, что было бы лучше, если он еще раз меня избил. 

© Jane Miltrom,
книга «Я подарю тебе новую жизнь».
Комментарии
Упорядочить
  • По популярности
  • Сначала новые
  • По порядку
Показать все комментарии (2)
Ольга Тимофеева
Глава 4
И впервые ЗА 5 минут засыпаю ВыходиТ из оцепенения Серьезно, так и хочется ему дать по голове чем-нибудь 🏏🏏🏏, чтоб мозги на место стали 😨😨. Чего он злой-то такой? Надеюсь, причина будет веская...
Ответить
2019-03-20 14:34:20
3
Екатерина Беспалова
Глава 4
Мужчины бросали сумки в машину... Надеюсь, она имела ввиду отца и мистера Харрисона 😳😳😳поскольку ЭТО на букву "Ф" назвать мужчиной у меня язык не поворачивается😬😬😬😲😲😲 Мне интересно, как они пять часов в машине рядом просидели🤔🤔🤔😨😨😨и не кинулись в рукопашку 😱😱😱в частности он😂😂😂наверное, после поездки до утра отмывался в ванной😜😂 А осадила она его хорошо 👏🏻👏🏻👏🏻🔥🔥🔥😈😈😈при всех! ТАК И НАДО! да и фиг бы с ним, с этим плакатом😏😏😏может, это фотошоп, где доказательство, что это она была? А вот её слова относительно него ВСЕ слышали 💪💪💪👏🏻👏🏻👏🏻эх, Тёрнер, Тёрнер, сдаёшь позиции 😂😂😂понял, наверное, что кулаки его уже не в моде 😲😨😂по крайне мере, с ней точно уже не прокатят
Ответить
2019-03-21 20:11:49
3