Предисловие
Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Book trailer
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Глава 32
Глава 33
Глава 34
Глава 35
Глава 36
Глава 37
Глава 38
Глава 39
Глава 40
Глава 41
Глава 42
Глава 43
Глава 44
Глава 45
Глава 46
Эпилог
Читателям от автора
Глава 35

Еще чуть-чуть и я просто расплачусь, залив стол и тарелку с тортом слезами. Это подло. Это неправильно — так себя вести, когда у него есть я. Мне хочется сесть, обхватить себя за колени и взвыть от тревоги и обиды, но вокруг куча людей, и я не хочу портить никому вечер.

Долбанный праздник. Долбанные родители. Долбанный Том. Еще и это дурацкое платье… как будто бы я обманываю себя и всех вокруг, разодевшись как звезда инстаграма. Будто бы я смогу стать другим человеком, нарядившись куклой. Мне в пору напялить смирительную рубашку и покрепче её завязать, учитывая то, кем я являюсь.

Темно, и вечеринка почти закончилась, но гости еще не расходятся. Интересно, когда мы поедем домой?

А как все хорошо начиналось…



Когда мы остановились у дома Марты, меня пробрала дрожь. Через дорогу был мой дом, вернее, теперь уже дом моей матери. Сейчас она наверняка находилась там. В моем детстве мы все жили здесь. Том с Мартой, и я со своими родителями. Я думала, нет, я надеялась, что больше никогда не вернусь в это место, но получилось иначе.

На день рождения Джоуи Марта придумала дурацкий дресс-код. Мне пришлось купить себе платье, но я нашла очень красивое: серебристое и блестящее, на тоненьких бретельках и широкой юбкой. Оно подвязывалось на талии и едва прикрывало попу.

Я не оценила идею с костюмами, но как же красиво выглядел Том… на нем была белоснежная рубашка и чёрный атласный пиджак. Несколько верхних пуговиц были расстегнуты, открывали взгляду шею, толстую серебряную цепь и татуировки. От него так сильно разило сексом, что у меня сбивалось дыхание и подкашивались ноги.

Дверь нам открыла лично Марта. Из-за её спины тут же вылетел Джоуи и кинулся к Тому в объятия.

— Папа!

— Привет, малыш, — он упал на одно и колено и с силой обнял его.

К ногам Тома подбежал их чёрный лабрадор, виляющий хвостом и скулящий от радости, а я встретилась глазами с удивленной Мартой.

— Белинда, — сказала она, — я думала, ты придешь с Биллом… проходи в дом, не стой в дверях.

Я шагнула внутрь, и тут Джоуи оторвался от Тома и обнял мои ноги.

— Я так рад, что ты пришла! — сказал он настолько громко, будто бы только меня и ждал.

— Джоуи, я тоже очень рада тебя видеть… — я присела и обняла его в ответ.

— Фу, Роки! — возмущался Том рядом, — Фу, перестань, плохой пёс, плохой!

Роки пытался облизать ему лицо, а Том морщился и старался этого не допустить. Картина была милой, но у меня свело челюсть. То ли от недели без наркотиков, то ли от всего происходящего.

Марта оттащила Роки от Тома, и он поднялся, оставив меня с Джоуи вдвоем.

— Белинда, пойдем я покажу, что мне подарили…

Я мельком кинула взгляд на Марту и Тома, тихо обсуждающих что-то.

— Конечно, — сказала я, — пойдем, где они?

— У меня в комнате… — шепнул Джоуи, — А еще я знаю, что мне подарит папа…

Я встала, и он потянул меня за собой.

— Правда, откуда? — спросила.

— Мама сказала…

Мы поднимались на второй этаж, и я, нервно оглядываясь, видела, как Том кладет Марте руку на плечо.



Вместе со мной на заднем дворе сейчас все: «Нитл Граспер» в полном составе, Марта, Джоуи и друзья, мой отец. Рядом все и одновременно никто, я одна. Медленно отойдя от стола с фуршетом, я подхожу к остаткам выпивки. Беру наполненный вином бокал и выпиваю. Я недостаточно пьяная, чтобы все это вытерпеть, но и напиваться уже поздно, вечер заканчивается.

Я бросаю взгляд туда, где стоит Том — в этом своем крутом костюме и улыбкой на лице. Такой красивый. Но как же я его сейчас ненавижу.



Джоуи убежал встречать друзей, и я осталась одна. Спустившись в гостиную, я подловила официанта с подносом шампанского и взяла бокал. Дом Марты и Тома всегда мне так нравился… Большой, светлый, очень стильный. В тысячу раз уютнее дома моей семьи. Сегодня он весь был усыпан украшениями в лучших традициях голливудских вечеринок. Теперь мне было понятно, почему Марта ввела такой строгий дресс-код. И все же это было настолько далеко от моего мира, что хотелось поскорее уехать домой.

Я заливала в себя шампанское залпом, когда услышала над ухом:

— Веди себя прилично, ты на дне рождения моего сына.

Я дернулась и пролила половину мимо. Жалобно посмотрела на Тома, стирая алкоголь с подбородка, а он смеялся.

— Блин, прямо на платье, — я стряхнула шампанское с груди, — Чего ты смеешься, я не буду напиваться!

— Я просто пошутил. Забей, — Том оглянул меня, — Ничего не видно.

Я обиженно надула губы, а Том нежно улыбнулся. Мы игриво смотрели друг на друга, пока нас не отвлек шум из коридора. Слышался мужской голос. Навострив уши, Том пошёл туда, а я за ним.

— Любимая, привет, — сказал незнакомый мужчина.

Я не сразу поняла к кому тот обращается, но потом он поцеловал подоспевшую Марту в губы. Том рядом со мной моментально напрягся, выпрямил спину и засунул руки в карманы. В руках у мужчины была большая подарочная коробка, и я, нахмурившись, спросила Тома:

— Кто это?

Но ответа не получила. Из-за угла выбежал Джоуи, и мужчина опустился на колени, чтобы обнять его.

— Эй, дружок, привет, как твои дела?

— Привет, просто супер! Мне уже подарили столько подарков, пойдём я тебе покажу…

Мужчина потрепал Джоуи по голове.

— Я тебе тоже кое-что принёс… — он поставил коробку на пол, открыв крышку.

Заглянув туда, Джоуи взвизгнул от удивления, а потом закричал:

— Мама, это же тот самый квадракоптер, который мы видели! — он потянул Марту за край чёрного платья.

— О, милый, как же тебе повезло… — мягко сказала Марта.

Я глянула на Тома, на то, как сильно он сжимает челюсть и пытается скрыть гримасу злости на лице. Немного толкнув его локтем, я спросила:

— Том, ты чего…

Он опять меня проигнорировал, а потом вдруг пошел прямо к этим троим, пересекая остаток гостиной, что разделяла нас.

— О, Том, — сказала Марта, увидев его, — Уолт, познакомься, это Том, отец Джоуи…

Уолт улыбнулся, пожав Тому руку.

— Уолтер, — повторил мужчина, — очень рад наконец-то с тобой познакомиться!

Даже с расстояния я видела, как Том пытается улыбнуться, но получается оскал.

— Тоже рад, — сквозь зубы сказал он.

— Я очень много о тебе слышал, — продолжил Уолт.

— Да, правда? А о тебе Марта о тебе почти ничего не рассказывала.

— Я твой большой фанат, я обожаю «Нитл Граспер».

Том кивнул, не слишком сдерживая раздражение. Марта смотрела на него с упрёком, но он не замечал.

— Я видел несколько ваших выступлений… моё любимое, это когда вы играли на улице, и толпа начала кидать в вас грязь, а ты начал кидать в ответ… потом началась драка и вашему басисту, Марку, да, кажется? Ему разбили лицо.

Том молча смотрел на Уолта. Мне стало неприятно. Захотелось подбежать и начать объяснять, что, вообще-то, тогда весь день лил дождь и люди стояли по колено в грязи. Что кто-то просто кинул на сцену кусок земли, а Том без задней мысли швырнул его обратно. Что, вообще-то, всем было весело, пока фанаты не полезли на сцену и не начали драться. И что на самом деле это было пятнадцать лет назад, и «Нитл Граспер» давно не ведут себя как злые подростки.

— Папа, смотри какой большой дрон… — увлечённо сказал Джоуи, пытаясь открыть коробку. Марта ответила:

— Сынок, давай я отнесу его к остальным подаркам, и там мы его распакуем…

Она не успела ничего сделать, потому что Уолт приобнял ее за талию и сказал:

— Выглядишь роскошно… — а потом обратился к Тому: — Марта удивительная женщина, не правда ли?

Тот спустил на тормозах все издевки, что были сказаны до этого и согласился:

— Да, она удивительная. Этого не отнять.

Уолтер довольно улыбнулся, а я почувствовала укол боли и злость.

— И как ты мог такую упустить? Нет, то есть, я конечно рад… но я бы не простил себя на твоём месте.

— Да, знаешь, — Том пытался подобрать слова, — Я работаю над этим. Простить себя нелегко, когда речь идет о Марте.

Я пропустила вдох и развернулась, сжав челюсть и кулаки. Вышла во двор и там остановила официанта, чтобы залить в себя еще один бокал шампанского.


 

Джоуи бегает по двору, Марта стоит рядом с Томом — улыбается. Она умопомрачительно красивая. Самая красивая из всех, кто здесь находится. Она всегда красивее всех, и точно красивее меня — от этих мыслей хочется сделать себе больно и никогда не высовываться на улицу.

Я всю жизнь знала какая она, но осознала только сейчас. Марта притягательна, очаровательна. Она из тех девушек, в которых влюбляются все. Даже мне не хочется отводить от нее взгляд, даже на меня она действует как магнит. То, как она говорит и как двигается завораживает… о таких как Марта пишут песни. Собственно, Том и писал, песен о ней у «Нитл граспер» очень много.

Я никогда не смогу с ней конкурировать, рядом с ней выбор никогда не будет в мою пользу. Это больно, я знаю, но это жизнь, и надо просто смириться. Но нет. Я не могу. Мне хочется плакать.



— Он каждый день дерётся в школе! — сетовала Марта, рассказывая о Джоуи.

Все засмеялись. Я прибилась к небольшому кружку взрослых, слушая Марту и рассматривая из-за спин людей Тома. Он улыбался. Напротив них, спиной ко мне, стояла его старшая сестра Анна. Она сказала:

— Это так похоже на Тома в детстве…

— Прекрати меня компрометировать, — засмеявшись, ответил он.

Марта глянула на него и сказала:

— И почему я не сомневалась, что всё так и было…

Том усмехнулся, не отводя от неё глаз. Он вытащил руку из кармана и положил Марте на дальнее плечо, прижимаясь боком.

— Хочешь, я схожу в школу? Можно попробовать решить это, не злясь на него.

— Ты, как всегда, сделаешь только хуже… — Марта посмотрела вверх, на Тома, хлопая красивыми длинными ресницами.

Я фыркнула себе под нос, в мыслях проклиная и его, и её. Хотелось кинуться на них и разорвать этот гадкий симбиоз. Никто даже не знал, что я, вообще-то, имею на это право. Для всех здесь я была невидимкой.

— Все наладится, не переживай, ему просто надо немного подрасти, — сказал Том и погладил Марту по плечу.

Она коснулась его ладони, жестом соглашаясь со словами. Анна перебила эту идиллию:

— О, что было, когда Том подрос…

Засмеялись все, но не я. Рёбра сжала горькая грусть из-за того, что Том не замечал меня… где этот глупый Уолтер, когда он так нужен? При нём они наверняка не стали бы так очевидно друг друга трогать.

Я отошла и села на диван. Залезла в инстаграм и не смотря пролистывала истории. Думала, что я вообще тут делаю и кому небезразлично моё присутствие. Ответа не находилось.

Где-то на празднике был отец. Он пришел недавно, и когда увидел меня, удивился, обнял, а потом бесследно пропал. Том совсем забыл про меня, проводя всё свободное время с Мартой. Джоуи играл с друзьями. Все члены «Нитл Граспер» рассеялись по дому и о чем-то болтали. Одна я не понимала, куда себя деть.

В инстаграме Марта стояла напротив огромных букв ДЖОУИ, выставленных во дворе. На руках у нее был сам именинник, а рядом Том, обнимающий их двоих. Я заблокировала айфон.

На диван плюхнулась Анна и невзначай спросила:

— Так как твои дела?

Я сглотнула. Если еще хоть кто-нибудь спросит меня про развод родителей…

— Нормально, — сказала я, не зная, что еще добавить, — да, всё хорошо, я в порядке.

— Как прошел выпускной? — сказала Анна.

Я нахмурилась, не понимая, о чем она, а потом до меня дошло. Я же закончила школу в этом году.

— А, — кивнула, — я не ходила.

Анна засмеялась.

— Это уже традиция, — она махнула руками, — я тоже не была на выпускном. Тогда, кхм, отец болел… и Том не был, ну ты знаешь, наверное, они с «Нитл Граспер» поехали в свой первый тур.

Я слегка улыбнулась. Сказала:

— Папа тоже не был. Он пошел на концерт «Нирваны», посчитал, что это для него важнее. А через год Кобейн застрелился. Так что он был прав…

Анна захохотала.

— У Билла удивительно хорошая интуиция.

Я кивнула. Засмотрелась на нее, ведь она была так похожа на Тома… те же черные густые волосы, большие зеленые глаза. Красивая. Как и он. Анна глянула куда-то вперед, я проследовала глазами за ней.

Там были Том и Марта.

— Как они хорошо смотрятся вместе, — вздохнула она, — Я все еще надеюсь, что она простит его, и они сойдутся… Марта очень хороший человек, Том плохо с ней поступил. Но, боже, её новый парень…

Анна перевела на меня удивленный взгляд.

— Он страховой агент, боже мой… ты знала? Как можно было после моего брата начать встречаться со страховщиком.

Я зависла, и она поняла, что сболтнула лишнего.

— Упс, — сквозь смешок сказала она, — иногда не могу себя контролировать.

— Ничего, на самом деле это было даже… смешно.

Я попыталась улыбнуться. На самом деле, было больно. Я встречаюсь с Томом. Он занят. Он в любом случае не сойдётся с Мартой. Хотя я уже ничего не знаю.

— Время рассудит, — подвела итог Анна, снова смотря в сторону.

Я же смотрела на свои руки. Не хотела видеть, что там происходит.



Я допиваю один бокал, беру следующий. Стоять на месте становится холодно — плечи подрагивают. Нос и пальцы ледяные, но я ничего не делаю, чтобы согреться. Холод хоть как-то отвлекает меня от разрывающей внутренности тоски.

Я делаю глоток и снова думаю о Марте. О том, какая она идеальная. Настоящее воплощение всех гендерных предрассудков. Мы с ней абсолютно разные. Настолько разные, что меня начинает мутить. Наши с Томом отношения кажутся бредом. Иллюзией, которая развеялась, когда мы сюда пришли. Когда он смотрит на нее также, как смотрел на меня, я думаю, что сошла с ума и всё себе придумала. Ну как он может встречаться со мной? Это же просто смешно.

Интересно, если бы Марта не бросила Тома, бросил бы он её? Конечно нет.



Том подарил Джоуи барабанную установку. Она была очень красивая и дорогая, возможно даже слишком дорогая для шестилетнего ребенка. Это стало главным событием вечера, и все с замиранием сердца наблюдали, как Джоуи радуется и кидается Тому на шею.

Единственное, о чем думала я, это количество людей, которые любят Тома и которым он нужен. Все они были здесь и их было так много… Как мне не затеряться среди них? Вряд ли я когда-нибудь буду той, кто стоит у него на первом месте.

Дело шло к вечеру, когда я вливала в себя очередной бокал вина и вдруг заметила отца. Я двинулась к нему, а он сделал шаг в сторону, и рядом с ним я увидела… маму. Оступившись, я замерла. Колени и ноги задрожали, горло словно сжали в кулак. Тело обдало ледяным страхом. Я должна была развернуться и убежать, но онемела и не могла двинуться. Вдруг её глаза забегали по помещению, и она наткнулась на меня.

Мама глазами подозвала меня и к себе, и я, как послушная собака, пошла к ней навстречу.

Это решение было словно рефлекс. Я не могла ему сопротивляться. Я понимала, что в моей власти развернуться и уйти со двора, да хоть со всей вечеринки, сесть в такси и послать мать к чёрту, но я не сделала этого. Её сила надо мной была слишком велика.

— Мы с твоим отцом как раз обсуждали твой последний побег из дома, — издевательским тоном сказала она.

— Зачем ты пришла? — спросила я.

— Мне нельзя прийти на день рождения сына своей подруги?

— Вы с Мартой не подруги.

Мама проигнорировала это и сказала:

— Ты повела себя как полная свинья, Белинда.

— Ты избила меня, как, по-твоему, я должна была себя вести?!

— Я не просто так избила тебя! — зашипела мать, — Ты наркоманка и ты была под кайфом! В твоих карманах были наркотики!

Я почувствовала испепеляющий страх и сказала, обратившись к отцу:

— Клянусь тебе, я понятия не имею, о чем она говорит!

— Успокойтесь обе! — рявкнул он.

У меня затряслись руки. Я бы снесла ей голову, лишь бы только отец ничего не узнал про наркотики. Я так боялась лишиться тех крупиц любви, что могла получать от отца хотя бы иногда… я не хотела, чтобы он еще больше от меня отстранялся, чтобы он разочаровался.

— Пап, я была пьяная, я не была под наркотиками! — тихо сказала я, жалобно смотря на него.

— Ничтожество, — выплюнула мать, — хоть раз в жизни ответь за свой поступок и возьми ответственность!

— Линда, заткнись! — прервал папа. — Прекрати её оскорблять! Ты за этим сюда пришла, поиздеваться над ней и насладиться этим?!

Люди рядом с нами начали оборачиваться. Еще бы, Шнайдеры опять устроили скандал.

— Конечно, как я могла подумать, что ты встанешь на мою сторону и сделаешь для нашей дочери так, как лучше! Это вот всё итог твоего воспитания, Билл, твоего образа жизни!

— Ты опять возводишь всё в абсолют! — шикнул отец, — Когда-нибудь ты начнешь замечать проблему в себе?! Видеть и белое, и черное?!

Я вздохнула с облегчением, поняв, что они ушли от темы. Отец считает мать сумасшедшей, а потому ни за что не поверил бы ей. Есть только один человек, который мог бы подтвердить ее слова — это Том, но я знаю, что он будет молчать.

— Где ты живёшь? — спросила мама, выдергивая меня из размышлений.

Я впадаю в ступор, отец не спешит вмешаться. Молчание затягивается. Решив не врать, я отвечаю:

— У Тома.

— У Тома?! — вскипает она, — Что ты у него забыла?!

— Мы друзья, — говорю, пытаясь справиться с бешеным сердцебиением.

— Да? Ну и насколько близко вы дружите?

— Мама, прекрати!

— У тебя есть свой дом, ты должна жить в собственном доме, а не шататься по мужикам!

Наконец-то встревает отец, делая небольшой шаг и прикрывая меня плечом.

— Линда, прекрати нести чушь! Я куплю ей квартиру, и она будет жить отдельно!

— Купишь квартиру, — передразнивает мать, — Небось и деньги ей будешь давать, чтобы она покупала наркоту?

— Я не покупаю наркоту! — огрызнулась я.

— Всё, Белинда, иди отсюда, — отец раздраженно махнул рукой. — Нормального разговора у нас не получится!

— Если бы ты хоть раз послушал меня, — начала мать, — Может быть в нашей жизни все было бы по-другому!

Папа мягко подтолкнул меня, и я отошла, расстроенная тем, что вообще подходила. Зачем, если все наши разговоры всегда сводятся к одному — оскорблениям и пустым спорам…

Резко заболела голова, и я вышла на улицу, чтобы проветриться. Уже стемнело и похолодало. Я почувствовала, как по рукам бегут мурашки, но решила, что это именно то, что мне сейчас нужно. Дети бегали по траве, неподалеку от них общались взрослые. Я видела, как Марта следит за Джоуи.

Я прошла в глубь двора и встала у фуршетного стола с разрезанным тортом, который Джоуи задувал полчаса назад. Я попробовала съесть кусочек, но пихать его в себя было мучительно больно. Отставив тарелку, я огляделась и увидела Тома, что-то сказавшего Марте. Она пожала плечами, а он отошёл к дивану и взял с него плед. Потом развернул его и опустил ей на плечи, поправив так, чтобы тот не упал. Она улыбнулась ему и без задней мысли поцеловала в щеку.



Тело дрожит крупной дрожью. Я сжимаю в руках бокал с вином и не моргая смотрю перед собой. Я очень злюсь. Ужасно злюсь на Тома за то, что он так поступает. Накрывает Марту пледом, говорит ей комплименты, весь вечер делает вид, что меня не существует… от злости хочется плакать. Я ничего не могу с этим сделать, ведь если он хочет быть с ней — он будет с ней, а не со мной.

— Ты вся дрожишь, — слышится голос над ухом, и я вздрагиваю.

Том кладет руки мне плечи, а я сжимаю челюсть и отворачиваю голову — пытаюсь сдержать гнев и желание начать на него кричать.

— Тебе холодно? — снова говорит он, пытаясь заглянуть мне в лицо, но я снова отворачиваюсь.

— Белинда?

Я веду плечами, пытаясь освободиться от его рук. Он убирает их, но ненадолго — снимает с себя пиджак и накидывает мне на спину. Я хочу снять его, но Том мешает.

— Эй, что с тобой?

Ничего, хочу ответить я. Ничего, просто ты урод, который забыл обо мне на весь день, а сейчас почему-то вдруг вспомнил. Я в порядке, просто только что ты накрывал пледом Марту, а теперь делаешь то же самое со мной.

— Бельчонок? — взволнованно говорит Том, чем еще сильнее меня раздражает.

Я поднимаю на него злой взгляд, и он настороженно хмурится.

— Давай отойдём и поговорим, — отвечаю.

Он отпускает меня, не понимая что происходит, но явно чувствуя мою взвинченность.

— Пойдем.

Том берет меня за локоть и ведёт за собой. Мы заходим в дом, и там я вижу взгляд матери, которым она следует за нами. Она меня тоже невыносимо раздражает, чего она пялится? Мы идем по темному коридору первого этажа, а потом Том открывает дверь в гостевую спальню, и мы оказываемся внутри.

Закрыв дверь и не включив свет, он спрашивает:

— Что происходит?

— Что происходит? — переспрашиваю, — Что происходит, ты серьезно?! Это я должна спрашивать, какого хрена вообще происходит!

Том скрещивает руки на груди. В темноте я плохо вижу его лицо.

— Так, — глубоко вздыхает он, — Ты говоришь нормально, или я ухожу отсюда.

Его голос за секунду становится твёрдым. Я пугаюсь, говорю:

— Почему ты… почему… — Слёзы душат меня и не дают говорить. — Почему ты так себя ведешь с ней… улыбаешься ей, смотришь на неё, да ты флиртуешь с ней! У меня на глазах!

Том замирает, даже в темноте я вижу его распахнутые глаза.

— Ты совсем с ума сошла? — спрашивает.

— Ты её до сих пор любишь, да?

— О, господи, — Том трёт глаза рукой, — Что ты несёшь…

— Ты её любишь, — киваю головой.

— Блять, нет! — рявкает он, и я подпрыгиваю, — Нет, не люблю, какие еще очевидные вещи мне озвучить?! Ты прикалываешься или правда ничего не понимаешь?!

Я деревенею, не могу двинуться.

— Что мне надо понять? — тихо спрашиваю.

— А то, что дело не в Марте, а в Джоуи, — он вскидывает руки, — Твою мать, Белинда! Я просто пытаюсь вести себя мило, показать ей, что я не псих, что я в состоянии нормально общаться, что я не в бреду и со мной все нормально!

Злость начинает отступать, и я сглатываю, судорожно дернувшись.

— Я из кожи вон лезу и разыгрываю этот ебаный спектакль, чтобы потом она написала в соцслужбе, что я нормальный и могу видеться с сыном! Чтобы её сраному мужику не дай бог не взбрело в голову взять над Джоуи опеку! Они уже живут вместе, тебе не понять, что такое, когда твой ребёнок живет с каким-то мужиком!

Я сморкаюсь, прячу от него глаза. Говорю:

— Мне правда не понять, Том, прости…

Повисает пауза. Напряжение ослабевает, я слышу:

— И ты меня прости… ты правда не должна задумываться о таких вещах, и мне нельзя срываться на тебя из-за этого...

Том тихо подходит ко мне и аккуратно обнимает. Я утыкаюсь носом ему в грудь и несмотря ни на что расслабляюсь, словно почувствовав себя дома.

— Я дура, — коротко говорю.

— Ты не дура, — отрицает Том.

Я просовываю руки в его пиджак, который до сих пор висит на плечах, как бы говоря: спасибо, я оценила. Потом обнимаю его за спину. Как хорошо снова знать, что он мой, что он не предавал меня, что у нас все в порядке…

Я смотрю на Тома снизу вверх, потом кладу руки на плечи и приподнимаюсь на носочки. Облизываюсь и влажными губами касаюсь его губ. Как прекрасно после целого дня порознь снова касаться его. Я люблю его до боли в груди, я не смогу без него жить. В голову начинают лезть фантазии, возбуждение простреливает тело насквозь. А что, если нам заняться этим здесь?

Я провожу рукой по телу Тома от ключиц до ремня. Кладу ладонь между ног и натыкаюсь на каменный стояк. Опешив, я замираю.

— Потерпи до дома, осталось немного, — говорит он.

— У тебя стоит, — глупо говорю я.

— У меня всегда встаёт, когда ты меня целуешь.

Я закусываю губу и начинаю гладить его рукой. Том прикрывает глаза.

— Не здесь, Белинда…

— Давай я сделаю тебе минет…

Том вздыхает.

— Пожалуйста… я не умею, но ты мне скажешь как, ладно…

— Ладно, — коротко говорит он и нажимает мне на плечи.

Я опускаюсь на колени и расстегиваю его ремень, справляясь не только с пряжкой, но и со своими трясущимися руками. Потом пуговица, ширинка… я так волнуюсь. Когда на Томе не остается ничего, я поднимаю глаза вверх, как бы спрашивая, что делать дальше.

— Возьми рукой, — направляет Том.

Я делаю, как он говорит. Провожу по всей его длине ладонью, один раз, второй…

— Теперь языком, — слышу сверху.

Медленно касаюсь его и облизываю. Начинаю нерешительно, но от громких вздохов Тома быстро понимаю, что делаю всё правильно. Мне так нравится слышать его, знать, что он стонет благодаря мне… Я решаю идти дальше и беру в рот. Всё под контролем, я видела это в порно. Надо просто сделать также, как там.

— Стой, — говорит Том и кладет руку мне на челюсть, отстраняя лицо, — Не надо так всасывать, ты же не пылесос… — он усмехается, — это неприятно.

Я чувствую стыд и пылающие щеки. Он притягивает мою голову обратно, аккуратно входит до самой глотки. Я сдерживаю тошноту, но мне всё нравится. Мне нравится, когда ему приятно, даже если меня от этого тошнит.

Том держит меня за затылок и качается туда-обратно. Я прикрываю глаза, задираю голову, глажу его языком внутри. Слюна стекает изо рта на подбородок. Он так тяжело и громко дышит… меня ужасно это заводит. Я кладу руки ему на талию, чтобы взять немного контроля и ускорить темп.

— Можно я кончу тебе в рот? — сквозь вздохи спрашивает Том.

Я секунду смущаюсь, но потом слегка киваю, моргнув. От долгого стояния на полу болят колени, и я думаю, что сейчас всё закончится, но в этот момент происходит что-то совершенно из ряда вон выходящее.

Открывается дверь. Из коридора на нас проливается свет. 

© Ладунка К,
книга «Три секунды до».
Комментарии
Упорядочить
  • По популярности
  • Сначала новые
  • По порядку
Показать все комментарии (5)
Карина 1179
Глава 35
Последняя строчка просто убила Жду следующую главу с нетерпением 😍
Ответить
2021-03-30 10:00:51
4
Марьяна
Глава 35
Очень жду продолжение😍🤍
Ответить
2021-03-31 20:25:03
2
Алексей Тыщук
Глава 35
Понимаю, что полетят гнилые помидоры, но всё же... Проработка героев - очень хорошая. Все четко следуют своим темпераментам и формату. Правда поведение Белинды больше похоже на 15-16ти летнюю. Скифф - где-то между другом, трусом и рембо. Не очень он ясен (имеется ввиду его тип). Сюжет. Реально, если не говорить про сопливую меланхоличность очень интересный. Не ровный и интригующий, был... Главы до 30й. Это субъективное впечатление, но на мой взгляд можно было бы создать "серию". То есть - вместо секса от Тома, более интересный финал получился бы если бы он сказал, что просто хотел её отвлечь, показать другой мир, лишить наркотиков и пр. А затем приступить к новой книге а-ля "Четыре секунды до" или продолжение, где уже все остальные действия были бы расписаны. Еще раз повторяю - субъективное впечатление, но книга была бы более популярной. Общее ощущение. Слишком много меланхолии. Если не считать несколько моментов весело описанных и чудаков с бассейном. Все герои "застряли" что ли, в эмоциональном плане. Даже поведение Тома могло быть более разговорчивым. Он же ранее сказал, что ей не с кем поговорить, но продолжил "молчать" или мог бы заставить её выговориться. Эротические сцены очень качественно описаны. Не пошло, скорее чувственно, детально, уместно. Итог. Как я ранее сказал, то первые, кажется 30 глав, были реально интересные. Если бы это была отдельная книга, со своим финалом (конечно с акцентом на продолжение) - это был бы "топчик" :) Много философии и правильных мыслей в книге. Но далее пошли, увы, женские сопли (в прямом смысле) и это уже на любителя плакать без повода или с книгой/фильмом и пр. Пока писал немного задумался, что к этому моменту уже и Том стал вести себя как подросток. Это не мужское поведение (я про их конфликты, а не постель). Читал с интересом, ранее... Далее, увы уже не интересно. Личное мнение, но если публика просит - автор продолжай!!! Успехов!
Ответить
2021-04-02 13:38:54
1