Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 11

POV Рён.

Утро выходного дня, но уже завтра снова на учёбу и надо бы теорию повторить. С этими приключениями моя голова только и забита мыслями: «как мне уйти и куда себя деть?»

Чимина дома не было, зато приготовленная, ещё тёплая еда стояла на плите. Да и не в малой порции, словно на пятерых готовил. В любом случае, было вкусно. Я думала, он питается воздухом, оказалось, что всё-таки готовит себе сам.

После того, как я убралась на кухне, подумала о том, что неплохо было бы постирать вещи. Сначала хотела только свои, а в итоге пришлось и его, всё же, стиральная машинка была просто забита его вещами. Раз уже взялась за стирку, то и в комнатах навела порядок, кроме его спальни. С той ночи совершенно не хочу туда заходить.

Пак вернулся как раз, когда я развешивала последнюю партию вещей со стирки. Ничего не сказав, пройдя мимо меня, идёт к себе. Запах приятного на мой вкус одеколона распространяется рядом, только на мгновение. Принюхиваюсь и осознаю, что уже всё, его запах растворился в комнате.

«Ещё. Хочу ещё… — думаю я и захожу к себе в комнату. Устало падаю на кровать и смотрю в потолок. — И всё же я с ним уже чуть больше двух недель нахожусь и не могу понять, почему?»

Чимин, постучавшись, зашёл в комнату и кинул большой шуршащий пакет на пол: — Собирайся, поедешь со мной.

— Куда? — медленно встав с кровати, смотрю за тем, как он закрывает дверь за собой. — Мразь, — шёпотом ругаюсь.

Подтянув к себе пакет с помощью ноги, я беру тот в руки и вытаскиваю просто шикарное вечернее платье. И куда это Пак собрался меня привести? Почему именно в этом?

Долго думая, я всё равно напялила его, пришлось достать туфли, который я лишь раз в жизни надевала, будет второй. К сожалению, только они подходят к этому платью. Надо же было именно такой противный тёмно-фиолетовый цвет выбрать! Но кружева очень красивые, платье сидит прямо по фигуре, с длинной прямо в точку попал. Либо он знает мои вкусы, либо в прошлой жизни был девушкой.

***

Я понимаю, что мы вышли слишком рано на улицу, но тут совершенно не май! За пять минут продрогла, и мне перехотелось куда-либо ехать. И всё же поехала. Куда мы едем, тем более, на такси, я не знала, спрашивать не хотелось.

Смотря в окно, я высунула пятку из туфли, а затем вернула обратно и так несколько раз, пока не пошёл лёгкий снег. Восторженно смотрю на снежинки за окном. Обрадовавшись, как ребёнок, поворачиваюсь к Паку, так и не осмелившись сказать ему: «смотри, снег пошел!» — его лицо было серьёзным, каждый раз, когда он что-то читал в своём телефоне. Возможно, там что-то важнее какого-то снега.

Когда мы уже подъезжали к особняку семьи Чона, мне стало спокойней, но какой толк от моего присутствия тут с Чимином?

— Сиди, — приказывает Пак и выходит из такси первым. Снова выпендривается перед прибывшими в одно время гостями.

Открыв мне дверь подает руку, возможно, будь на мне не такое длинное платье, я бы вылезла сама. Его тёплая рука крепко держала мою, я не боюсь упасть и всё же крепко держусь. Холодная улица встречает меня лёгким ветром. Дорожка к лестнице была усыпана небольшим слоем снега. Чимин вёл меня за собой к лестнице. Я шла уверенно, гордо держа голову, пытаясь показать себя во всей красе. Даже если прическа самая простая, даже если макияж жутко неуклюжий и самый лёгкий на свете, я всё равно должна составить прекрасную пару ему.

Только я выдохнула, ступая по лестнице, как поскользнулась, если бы Чимин меня не держал, ничего бы хорошего не случилось.

— На ногах устоять не можешь? — оттянув руку, он прижал меня к себе. Его глаза были полным злости, только потому, что я поскользнулась?

— Извини, — прошу прощения и смотрю на свою ногу. Заметив синяк, тут же прячу его под тканью платья. Зачем такой разрез на платье? Надеюсь, никто не заметит…

Зайдя в здание, мне помогли снять верхнюю одежду, которая совершенно не грела и была на мне только для красоты.

— Я ждал вас, — раздался добрый голос Чонгука. — Вижу, мы не зря потратили деньги, — его подколы, возможно, уместны, но неприятны для слуха. Красавица Минни держалась позади Чона словно тень. — Позволишь? — протянув мне руку, он спрашивает у Чимина.

— Не вздумай представить её своей, — Чимин слишком быстро согласился.

— Я подумаю над твои предложением, — смеётся Чон и, взяв мою руку, быстро ведёт в зал.

Обернувшись, тут же закрываю глаза. Видеть нежную улыбку Чимина для другой — пейзаж не для меня. Не могу поднять глаза, на множество приглашённых гостей, боюсь.

— Не волнуйся, — тихо шепчет на ухо Чон, — я верну тебя, как только он захочет уйти.

— Что это за вечер такой? — интересуюсь я.

— Он не сказал? — удивляется парень, ведя меня через толпу людей. — Сегодня годовщина у моих родителей. Так как Чимин наша, пусть и не по крови, но семья.

— Я не имею никакого отношения к тебе и твоей семье.

— И что? Ты сейчас с ним — значит, с нами.

— Ты тоже считаешь, что я принадлежу ему? — вопрос возник из ниоткуда, он даже не совсем уместен сейчас. Парень ведёт меня по лестнице вверх, на большой балкон.

— А как иначе? — отвечает вопросом на вопрос. Видимо, по-другому совершенно быть не может.

— А Минни? Все знают и думают, что он твоя?

— Именно так, иначе быть не дано, — только подтверждает мои опасения и, выведя меня на балкон, прихватывает два бокала с вином у одного из официантов.

— Даже если мы не можем считать друг друга друзьями?

— Только ты думаешь так. Открой свой разум и посмотри на всё с другой стороны, — подав мне бокал с напитком, Чон делает глоток. — Например, Минни Ниша, для тебя она кто-то, для меня никто… — поменяв наши бокалы, он продолжил. — Но теперь она для тебя не имеет значения, а для меня значит многое.

— И всё же я не понимаю, — Чон возвращает себе свой бокал и отдаёт мне мой, — это ведь не любовь. Ты хотел её убить.

— Ровно, как она меня, — снова отпив немного вина, ведёт меня обратно. Встав у перил, наблюдает за гостями с высока. — Чем дольше она со мной, тем сильнее нуждается во мне. Чем сильнее я ей нужен, тем крепче моя привязанность, — пауза. — Знаешь, немногим доводилось остаться с ним надолго.

— Но я и не хочу. Я ищу возможность, чтобы убежать.

— Возможно, ты права, и это он тебя держит, но даже я не знаю, почему. Я очень любопытен по натуре, но думаю, если узнаю, в чём суть, мне больше не будет интересно наблюдать за вами.

— Так ты наблюдатель? — изогнув бровь, смотрю на Чона и кручу в руках бокал.

— Ты такая же, как не посмотри. Ты ждёшь определённого момента, но прежде наблюдаешь за всем, чтобы выбрать этот нужный момент, — на этот раз Чонгук допивает вино залпом.

— Что на тебя нашло? Ты слишком рассудителен для того, кто голыми руками может убить.

— Ты видишь во мне только монстра, как и в нём.

На этом он закончил и спустился вниз к гостям. А я, заглянув в бокал, так и не смогла сделать глоток.

«Прав. Чонгук слишком рассудителен для убийцы. Я не знаю Чимина совсем и узнать мне не хочется, но из-за слов Чона мне стало интересно, что было до того, как Пак стал таким, что его направило. Зачем спас, а потом сделал пленницей? Если Чонгук прав, и Чимин ждёт момента, когда я стану нуждаться в нём больше всего на свете, то стану пленницей по собственной воле. Зачем ему это? А мне?»

Разглядывая гостей, ищу Чимина. Не успев понять, каким образом меня толкнули, роняю бокал прямо кому-то из гостей на голову. Быстро спускаюсь, чтобы извиниться перед человеком за свою неуклюжесть.

Подойдя к мужчине, которому и упал мой бокал, тут же начинаю просить прощения: — Я хочу извинится, может, мне помочь или… — не успела договорить, как меня отталкивают от мужчины, молодая красивая, но очень злая девушка.

— Мерзавка! — скалит зубы. — Как ты вообще посмела подойти к нему?!

— Но это случайность, меня толкнули и… — начинаю объяснять ситуацию, из-за чего всё случилось, но та заткнула меня, толкнув сильнее.

— Кто дал право говорить?! — истерически кричит. — Ты отребье, кто вообще пустил тебя в зал?! Ты опасна для общества! — замахивается, чтобы ударить. Промахивается, так как меня кто-то потянул назад.

Пока я отвернулась на мгновение к Минни, которая меня и спасла от удара, Чимин, не жалея сил, сжимает горло девушки обеими руками. Но никто даже не шевельнулся, чтобы защитить ту, даже её спутник. Неужели он настолько для всех страшен? Неужели все видят в нём только монстра? Он грубый и рубит сгоряча, но всё же Пак защищал меня всё время, даже когда я боялась его до дрожи и мне было больно от его гнева. Спасти ту, что первая насолила, был благородный поступок. Забыть такой просто невозможно!

— Чимин, не надо! — обхватываю его руками со спины, крепко прижимаю к себе. — Отпусти, пожалуйста, отпусти, — молю о пощаде, за девушку. Она была зла на меня за мою неосторожность, так почему девушка должна платить за мою ошибку? — Я виновата в том, что случилось. Я не удержала бокал. Пожалуйста, отпусти, она злилась по праву.

Вжимаюсь ему в спину, сжав в ладонях ткань пиджака. Затаив дыхание, жду, что послушает меня, жду, что он закончит всё прямо сейчас, но по какой-то причине не останавливается.

— Чимин, пожалуйста! — не сдерживаю слёз. Мне обидно. Обидно не за себя, а за неё, которую незаслуженно хотят убить.

— Как же ты меня достала, — шепчет Пак отпустив девушку. Брезгливо убирает мои руки со своего тела.

Схватив корсет моего платья в ложбинке, Пак повёл меня куда-то. Почувствовав эти недобрые взгляды, я обернулась: «Ты был нужен мне, так почему ты только наблюдал? Это забавно?» — задаюсь вопросом, смотря на Чонгука, который не сводил с меня взгляд. До того, как в глазах всё расплылось из-за слёз, Чимин вывел меня на улицу. Снег уже закончился, теперь мне нечему радоваться, совсем.

— Прости, — тихо выдаю я, Чимин молча вызывает такси через приложение в телефоне. — Прости, я опозорила тебя и себя, — взявшись за рукав пиджака, дёргаю его. — Извини, но только не молчи, хоть что-то скажи! — Второй рукой я пытаюсь согреть холодное плечо. — Твоё молчание убивает меня сильнее, чем вина перед тем мужчиной! — Опускаю голову, пряча глаза и слёзы за волосами. Чимин попытался поднять мою голову, чтобы посмотреть на мою жалкую физиономию, но я не дала. Отойдя на несколько шагов назад, сжимаю собственные плечи, чтобы не замёрзнуть окончательно. — Нет, я не хочу, мне совсем не стыдно! — кричу настолько громко, насколько позволял мне голос. Лучше сорвать его, чем оправдываться без какого-либо толку. — Я ужасна, поэтому не смотри на меня! Моё лицо ничего не выражает, незачем смотреть!

Такое странное чувство внутри, словно я веду монолог с воображенным парнем. Ведь я не слышу его тяжёлого злого дыхания, или же аромата, что так манит меня.

Слышу, как по снегу едет машина и отвлекает мой слух. Пак касается моей щеки, вздрогнув, сама поднимаю голову. Такая горячая ладонь. Парень вытирает мои слёзы большим пальцем.

Горячее дыхание обжигает мои холодные сухие губы. Сглатываю, аккуратно закусив нижнюю губу. Облизываю кончиком языка, чтобы почувствовать вкус дыхания Чимина. Отпустив губу, вбираю холодный воздух в слегка приоткрытый рот. Затем медленно выдыхаю ему в губы. Без излишеств парень прижимается к губам своими, обведя нижнюю влажным и шершавым языком. Моментально становится жарко вокруг. Забыв, как дышать, осознаю, что он целует меня. Тяжело выдыхаю, как только он на секунду отстраняется. Сердце бьёт сильно, раздаваясь в ушах. Напористый, нетерпеливый, безумно пошлый поцелуй, но не оставляющий мои губы уже и на мгновение. Приятно. Безумно приятно чувствовать каждое движение. Хочу влюбиться в этот поцелуй, но внутри все ноет и отвергает происходящее, боясь, что вот-вот его рука окажется под юбкой платья.

Водитель такси, который наблюдал за этим с самого начала, внезапно посигналил, из-за чего я вздрогнула, Чимин сдерживает улыбку и смотрит куда угодно, только не на меня.

***

Вернувшись к нему домой, я сразу направилась в ванную, чтобы смыть свой позорный макияж, забыв разуться. Смываю всё мылом и тёплой водой. Мне повезло, что тушь на основе воска и комкается, не оставляя следов. Из-за того, что волосы у меня были распущены, они постоянно падали с плеч, создавая неудобства. Ровно до тех пор, пока Пак не начал их держать. Увидев его в зеркале, я испугалась, ведь до этого Чимина не было рядом: — О боже! — развернувшись, упираюсь руками в раковину по бокам, тяжело дышу от испуга.

— Я хочу его снять, — желанно, полушёпотом произносит Пак и поднимает свои глаза с выреза на ноге, задерживается на видной части груди и смотрит в глаза в ожидании одобрения.

— Я сама сниму, — поворачиваюсь к крану и выключаю его, затем быстро выхожу из ванной комнаты. Чувствую, как мне на грудь падают капли, что, стекают с лица. Вытираю подбородок руками и встряхиваю их.

«И всё же, я не могу быть с тобой наедине», — думаю я, зайдя в свою комнату. Снимаю обувь и кидаю в шкаф, с характерным звуком каблуки бьются об фанерную стенку. — «Это было громко», — жмурюсь и иду к двери, чтобы закрыть ту и включить свет.

Чимин как раз появляется в проходе, напугав этим снова: — Прекрати меня пугать! — чётко произношу слова, отделяя друг от друга. Заметив его голый торс, прикрываю глаза ладошкой. — Чего ты своим телом светишь! — Боже, я стесняюсь его тела? Я видела гораздо лучше и всё же смущена.

— Стесняешься? Ты видела и не такие откровения со мной.

— Ну и что? Не пристало парню при незнакомой девушке так ходить!

— Я не угадал с размером, так ведь? — переводит тему.

— Да нет, оно мне в пору, — оглядываю платье на себе.

— Нет, — отвечает, делая первые шаги к мне, — слишком сильно выпирает грудь, уверен, от корсета останутся отпечатки на теле.

— А тебе какое дело до отпечатков на моем теле? — возмущаюсь. — Ты безрассудно оставлял мне синяки и сейчас заботишься об каких-то отпечатках, которые сойдут за две минуты?

— Хочу его снять… — шепчет, стоя ко мне слишком близко.

— Нет, я сама, — отвергаю не только его, но и любые нехорошие мысли.

— А Чонгуку бы дала без сопротивления? — какой-то двухсторонний вопрос, вывел меня из колеи.

— Причём здесь Чонгук?

— Думаешь, я не вижу? — замечаю, как накипает гнев в глазах Пака. — Он тебе нравится.

— Вовсе нет! — повышаю тон. — С чего ты это решил?

— Ты смотришь на него иначе. Чем он лучше меня? Что в нём такого, почему все липнут к нему?

— По-твоему, к тебе совершенно не липнут? Очнись, не так давно ты привёл девушку и!.. — озлоблено я начала сгоряча, но вовремя остановилась, вспомнив его безумно красивое лицо тогда. Чувствую, как краснею.

— И?..

— Ты сам знаешь! — выкручиваюсь, чтобы не сказать в слух. — И вообще, выйди! Я хочу переодеться, — быстро перевожу тему, в попытке выпроводить парня касаюсь его горячего тела. Боже! Я пожалею об этом!

Больно сжав мою руку, Пак прижимает меня к столу, тот сотрясается. Пытаясь вырваться, царапаю Чимина. Ему совсем не больно, он не обратил на это внимание, но кровь внутри него закипела. Схватившись за мои волосы у корней, вжимает пальцы в кулак и оттягивает голову назад. Изгибаю спину, чувствуя боль. Упираюсь руками в стол. Я могу сопротивляться, но боюсь сделать хуже и сдаюсь под его натиском.

Чимин почувствовав лёгкую победу, медленно проводит рукой по изгибу талии прямо по молнии, спускаясь ниже к разрезу на юбке. Ладонь скользит по ноге, а затем и вовсе оказывается между ног.

— Ты хотел платье снять, а не трусы! — страх смешивается с возрастающим возмущением внутри, и я выдаю такие слова. Чувствую, как он улыбается, сжимаю ноги сильнее, не давая его руке свободно двигаться. Пак в ответ только сильнее сжимает волосы. Отвлекаюсь на боль, позволяя продолжить, но ему быстро надоело играть, и Чимин перестал терзать меня через ткань трусов.

Отпустив мои бедные волосы, расстегнул молнию на платье. Аккуратно снимает через голову. Так как платье требовало быть без бюстгальтера, моя голая грудь показалась Паку во всей красе. Безумно стыдно!

Грубо сжимает грудь в своих руках. Прячет, видимо, от бездушного стола или стены перед нами. Не могу похвастаться пышными формами, но меня всё устраивало, до того, как он их начал трогать. Зачем их вообще трогать?

Языком Чимин медленно проходит по моей шее, оставляя влажную дорожку за собой. Горячее дыхание по мокрому следу морозит тело. Едва дышу, боясь издать малейший звук.

— Я стал сильнее ради тебя, но ты влюбилась в Чона, — рычит Пак на ухо и, оставив меня в покое, уходит из комнаты.

Не поняв его действий и слов, прячу грудь и сажусь на кровать ближе к домашним вещам. Быстро переодеваюсь, но даже этого не хватило, чтобы поговорить. Пак снова ушёл из собственного дома. Что он имел ввиду под своими словами, я не понимаю! Почему он уверен в том, что я люблю Чона? В том, что я вообще люблю кого?

© Mato Rosselli,
книга «Искушая».
Комментарии
Упорядочить
  • По популярности
  • Сначала новые
  • По порядку
Показать все комментарии (1)
Серебрянка
Глава 11
Сууууупееееер!!!😮
Ответить
2021-02-17 14:50:36
Нравится