Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 13

Чонгук высадил меня возле дома, Югём же довёл до двери квартиры. Сбежать не удалось. Да и я как-то не задумалась об этом, раз уж до самого лифта провожают.

Зайдя в прихожую, закрываю за собой дверь. Снимаю верхнюю одежду и вешаю на место. Сняв обувь, убираю её и скорее направляюсь к себе в комнату. Мимолётом смотрю на Чимина, который стоял у распахнутого окна.

— Ну как, — начал он, — нравится?

— О чём ты? — глупый вопрос, я понимала, к чему он ведёт.

— Нравится, когда он рядом?

— Ты пьян, — закатив глаза, открываю дверь, ведущую в мою комнату.

— Как и ты, — смотрю на него, не понимая, чего он хочет этим добиться. Чимин всё ещё стоял ко мне спиной, видимо, совсем видеть не хочет.

— Твоя непонятная ревность меня достала!

За секунды подходит ко мне, в испуге забегаю к себе, но не успеваю закрыть дверь. Пак рывком открывает ту нараспашку, она бьётся об стену с неприятным звуком для ушей. Парень шёл на меня, заглядывая серьёзными глазами прямо в душу, я же пятилась назад. Как только меня подпёр шкаф, Чимин треснул ладонью по нему, напугав мою трусливую натуру только сильнее. Во второй руке парня скрипели бусы.

— Тут только ты искушаешь судьбу! — кричит, из-за чего на глазах проявляются слёзы. Я слабонервная и совсем не характерный человек, даже если надеваю маску, то только из-за сильной злости, но перебороть страх сейчас мне не под силу. — Пытаешься обмануть меня, но это ты! — взяв меня за подбородок, заставляет поднять голову. — Это была ты! — смотрю в его полные ненависти ко мне глаза. Сжимая подбородок между пальцев, делал только больней.

Я не понимаю, почему он ненавидит меня. Из-за Чона? К которому я ничего не чувствую? Из-за побегов? Мне страшно. Я боюсь, что в любой момент умру от его рук. Только из-за этого? Нет, есть что-то ещё.

Пересилив себя, Пак отпустил меня и, сделав несколько шагов назад, внимательно смотрел на меня. Отвернулся, в руке перебирая бусы, заставляя их противно скрипеть. Наблюдаю за тем, как они медленно крутятся в его руке. Цвет мне знаком… Среди этих тёмных бусинок я заметила лишь один зелёный с маленькой серебряной подвеской в виде цифры восемь.

— Откуда? — полушёпотом спрашиваю. Чимин же не услышал меня. Подбежав к парню, схватив его руку с ожерельем, ищу саморучно выцарапанные буквы своего имени. Убедив себя в том, что я оказалась права, сжимаю руку темноволосого сильнее. — Почему он у тебя? — спрашиваю, смотря на свой собственный почерк. Молчит. Сжимаю бусинки со своим именем в ладони.

Резким движением убирает мою руку. Хочет уйти, но я стараюсь всеми силами ухватится за него, удержать, чтобы узнать ответ: — Кто ты такой?! — кричу, смотря в его потерянные глаза. Отталкивает, ожерелье рвётся в руках. Бусинки, словно капли, падают на пол. Моё внимание переходит на рассыпанное ожерелье, а Чимин просто уходит, захлопнув за собой дверь.

Плачу, подбирая с пола подарок. Усевшись прямо на пол, разглядываю, что собрала, продолжая попросту ронять слёзы прямо в ладонь. Казалось, они никогда не закончится, а боль в сердце не утихнет.

В кармане джинс запиликал телефон. Пришло сообщение, но я не сразу его прочитала, а когда осмелилась, то слёзы снова набрались в глазах с новой силой. Сообщение было от мамы: «На этот день рождение ты должна приехать».

***

Ночью совсем не спала, я собирала ожерелье заново, каждый раз ревела, как в первый. Вызвав такси, попросила родителей оплатить его по приезду к ним. Чимину же я оставила записку, где предупредила об отъезде к родителями и лживую причину.

В отчий дом я приехала только после обеда. Всю дорогу проспала, и ни один телефонный звонок меня не смог разбудить. На улице меня встречал отец, он помог мне донести и так нетяжёлую сумку в дом. Папа сразу заметил мой ужасный вид, но ничего не сказал, только крепко обнимал за плечи, ведя прямо в комнату. Мама была в ванной, поэтому даже не услышала нас.

Папа поставил мою сумку на кровать и собрался уйти, но я его остановила, — Пап, — усталым, хриплым голосом произношу.

— Да?

— Я не хочу, — закрываю глаза, чтобы слёзы снова не вырвались наружу.

— Я знаю, — целует прямо в лоб, — но уже нет смысла убегать, ты здесь.

Папа обнял меня, крепко прижимая к себе. Запах жутко резкого одеколона раздражал нос. Это был его запах, который успокаивал меня, сколько себя помню, он постоянно ходил именно с этим ароматом. У Чимина совершенно другой, не отражает его настоящую сущность.

Совсем скоро снизу послышался мамин голос. Я незамедлительно спустилась к ней. Папа следовал за мной. Увидев маму, сразу бросаюсь ей в объятия: — Ты уже приехала, почему я не слышала? — удивляется она.

— Меня папа встретил.

— Садись кушать, — как обычно, хочет меня накормить, — ты явно голодная.

— Хорошо, сейчас, ещё немного… — продолжаю её обнимать, скрывая слёзы, чтобы она не беспокоилась.

***

Лёжа в кровати, я даже не переодевалась, ходила в том, в чём приехала. Медленно листала сообщения от Чон Сон: «Я хотела позвонить, но думаю, ты бы не ответила мне сразу, поэтому я решила написать».

«Я очень сильно надеюсь, что с тобой все в порядке. Меня очень сильно волнуют те имбецилы и их поведение, поэтому я боюсь за тебя».

«Как сможешь, напиши мне хоть что-то».

«Я в порядке», — отвечаю слишком простым сообщением и перехожу к следующим сообщениям от Ёнсон: «Почему ты не отвечаешь на звонки?»

«Прости, я слишком сильно вспылила. Просто, я хочу выпутать Марка из всего, что его окружает рядом с этим Паком. Марк правда не такой плохой, каким кажется на первый взгляд».

«Мы всё ещё друзья?»

«Конечно друзья, я приеду завтра вечером обратно, поговорим», — оказалось, Югём был прав. Даже обидно немного. Напоследок я оставила сообщения от Пака: «Я заберу тебя сам, скажи адрес и время».

Я ждала чего-то ужасного, но всё не так плохо. Ему я тоже ответила на сообщение, чтобы больше ничего лишнего не написать, оставила телефон в комнате, а сама спустилась к родителям на первый этаж.

***

Следующий день наступил слишком скоро. После завтрака мы быстро собрались и поехали за цветами. Выбрали самый красивый букет.

Я держала его в руках, пока мы ехали дальше. Смотрю на знакомую дорогу, принюхиваясь к аромату цветов. Совсем скоро мы припарковались и пошли все вместе в большое здание больницы.

Прямиком, я направилась по знакомому пути, пока мои родители говорили с врачом. Набравшись смелости, зашла в отдельную палату, не подняв свои глаза на пациента, положила букет на небольшой комод. Заглянув в шкафчик, достала вазу и поставила туда букет.

Выдохнув, набираюсь смелости и поднимаю глаза на полумёртвое тело Саран. С момента аварии прошло четыре года, а она так и не очнулась. Саран моя старшая сестра. Разница в возрасте у нас довольно небольшая, и всё же мы очень похожи. Но сейчас, смотря на неё, не могу сдерживать слёз. Её худое, безжизненное тело просто существует за счёт аппаратов.

— Привет, — выдыхаю, коснувшись её руки. Тёплая. — Прости за прошлый год.

В палату зашли родители и дядя. Он врач и всеми силами старался поддерживать жизнь племяннице: — Привет, как ты? — радуется, увидев меня за два года в первый раз. Обнимает.

— Здравствуй, всё хорошо, учусь понемногу.

— Как живётся одной? — интересуется, отойдя на небольшое расстояние.

— Да, в принципе, неплохо. Я с подругой, в основном, нахожусь.

— Я очень рад. Ты уже совсем взрослая.

Кивая, натягиваю улыбку на лицо. Я рада видеть дядю, но улыбаться мне совсем не хотелось.

***

Немного посидев у дяди в кабинете, мы поехали домой. Я совсем недолго ждала приезда Чимина. Покидав выложенные вещи обратно в сумку, быстро попрощалась с родителями и вышла из дома, сказав, что поеду со знакомым, который как раз направляется обратно в город, а мне на учёбу завтра, хватит прогуливать.

Сев в машину к Паку, я просто вбила в навигатор адрес больницы, где пока ещё существует сестра. Может, если Чимин увидит её, расскажет, откуда ожерелье.

— Зачем мне туда ехать? — спрашивает, докуривая прямо в салоне чужой машины.

— Я хочу попрощаться.

— С кем?

— Я тебе всё расскажу, когда приедем.

Чимин не стал больше ничего говорить, просто следовал маршруту навигатора. Мы довольно быстро приехали. Выйдя из машины, у входа я заставила Пака пойти со мной.

Так как в больнице меня много кто знает, пропустили без каких-либо вопросов и всяких формальностей, стоило только соврать, что я к дяде. Чимин не понимал, куда его веду и почему он должен видеть какого-то дядю… Но в итоге я завела его в палату к сестре. Пройдясь к ней, я взяла в руки семейную фотографию и спрятала за спиной.

— Это Саран, владелица того самого ожерелья, — спокойной произношу, наблюдая за реакцией Чимина.

Сказать, что он был просто шокирован, значит соврать. Казалось, внутри у него всё разошлось по швам.

— Я сделала талисман себе, поэтому на нём моё имя, но так сложилось, и я отдала его сестре. Я было очень растеряна и удивлена тем, что он оказался у тебя. Её совсем не узнать, но раньше она была очень красивой, — подав парню фото, он медленно берёт его в руки, рассматривая девушку. По взгляду я поняла, что он её узнал.

— Как долго она в коме? — Чимин, довольно спокоен. Даже не верится, что они знакомы.

— Завтра будет четыре года.

— Что произошло?

— Очень страшная автокатастрофа. Дядя собрал Саран буквально по кусочкам, и, казалось, всё закончилось, но её состояние резко ухудшилось, а потом кома.

— Хотите все закончить? — поставив фото на вторую тумбочку с противоположной стороны, спрашивает он.

— Дядя сказал, её мозг уже практические не функционирует. Сегодня мы дали разрешение на донорство органов, когда её совсем не станет.

Чимин, выслушав меня, ничего не сказал и вышел из палаты. Я направилась за ним следом: — Прощай, Саран, — произнесла прежде, чем выйти из палаты. Пак же нервно снёс медицинскую тележку с различными препаратами, что мешалась ему на пути. Срываюсь с места, чтобы догнать парня. Я не знаю, что их связывает, но он слишком сильно расстроен.

— Чимин, — произношу его имя, догнав, — успокойся пожалуйста, — крепко обнимаю со спины, — твоя злость не поможет тебе. Не поможет мне, родителям, тем, кто знал и любил её. Не нужно рушить больницу.

Пак достав из кармана свой бумажник и случайно взятые большие купюры сунул медсестре, которая выбежала на звук шума. Убрав мои руки со своего тела, быстро направился на выход. Я следовал за ним буквально по пятам, ведя в правильном направлении к машине, стоящей у входа…

© Mato Rosselli,
книга «Искушая».
Комментарии