Пролог
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
5
Мальвина

Ночная тьма захлестнула меня с головой. Я возлегла на своей подвесной каменной койке и кое-как отдалась Морфею. Обычно сны мне не снятся, но та ночь - особенная. Тогда, ночью двадцать первого июля, я спала на удивление крепко, словно на пуховых перинах, а не на постели из булыжника. Мне приснилось в ту пору два странных сна, которым позже я нашла разумное объяснение. 

В первом - я бежала от загадочной черной фигуры. Она была очень длинная и тонкая. Её тело походило на виолончель, а глаза выделялись своим ярким темно-рыжим блеском. Случайно заглянув в них, я не смогла оторвать от них взгляда. Они словно магнитом приковали ко мне себя. Но связи магнита не очень сильны, в отличие от железной цепи или даже гипноза. Потому, завидев, как сотканные из тьмы худые руки существа готовятся схватить меня, а затем - удерживать, я ринулась в конец этого бесконечного коридора. Я тяжело и часто дышала, устав от долгого и бесполезного бега. Бесполезного - потому что я каким-то чувством знала, что вряд ли смогу убежать и скрыться от Тёмного - так окрестила его я. Я слышала прерывистое утробное рычание за своей спиной, слышала тяжелый отзвук широких шагов. Неожиданно я остановилась. Я точно знала, что не приказывала своим мышцам останавливаться, поэтому я была дико удивлена и не меньше напугана. Тёмный бесшумно прокрался ко мне. Он протянул к моему плечу лапу - и я, громко заорав: ,,Уйди!", проснулась. 

Я резко села на кровати, отчего меня пронзила острая боль во всём теле, но уже через пару секунд она прекратилась, и я могла успокоиться и попытаться уснуть. Я осторожно легла обратно, но мой мозг слишком возбудился. Ему не хотелось засыпать. Он требовал объяснения. Хотя бы логического. 

,,Что это было? Что за странный сон?" - молчаливо спрашивала я себя. Я делала попытки отвлечься от этого, начинала думать о Теодоре, о его коматозном состоянии, о Томлинсон, но эти мысли непроизвольно вновь приходили в мою голову, а точнее, возникали в ней, так как они оставались на месте и лишь ждали своего разрешения. 

В итоге я смогла заткнуть свой возбужденный мозг, убрать подальше проклятые мысли и уснуть от усталости. 

Второй сон, по моему мнению, был более странен, чем первый, но менее страшней. Меня ослепил белый свет, разливающийся откуда-то под потолком. Первые несколько секунд я не могла раскрыть глаза от этого гадкого света. Наконец, они открылись и привыкли. Я осмотрелась. Это место было непонятно что. Это была не комната, не квартира, не дом. Это было что-то белое и... всё. Здесь ничего не было. Я сидела на старом деревянном стуле, положив руки на колени, скрытые под юбкой в шотландском стиле с тартановым узором. Тишина этого места буквально оглушала своим непрерывным звоном. Мои уши невольно заболели, и я тотчас закрыла их ладонями. Веки сами по себе захлопнулись. Этот звон походил на пожарную сигнализацию в многоэтажном доме. Внезапно всё затихло. Я не знаю, что произошло. 

- Эй, Мальвина, - чей-то мягкий, вкрадчивый, полный материнской ласки и нежности девичий голос позвал меня. Одноголосое эхо повторило этот зов. Голос звучал, словно он принадлежит не живому существу, а призраку. - Открой глаза, убери руки от ушей. Взгляни на меня. Услышь меня, - уговаривающе шептал этот голос. Я невольно выполнила его просьбу и увидела перед собой странное, но такое прекрасное, такое женственное существо, что аж от неожиданности охнула, восхищаясь. Передо мной в воздухе парил белый загадочный призрак восемнадцатилетней девушки. Она была стройна, как тростинка. Её чёрные глаза и длинные чёрные волосы выделялись на фоне её чувственного и нежного тела. Ног видно не было, рук тоже. Она смотрела на меня с сочувствием, словно понимает мою душу и знает про мои проблемы. Её взгляд был полон любви и сострадания, одновременно с этим вызывая у меня странное гнетущее чувство. 

- Кто...  - я долго раздумывала над тем, как обратиться к этому олицетворению невинности. Решив, что ей восемнадцать, а значит, она младше меня, я обратилась к ней более неформально. - Кто ты? 

- Тебе не нужно знать это, Мальвина, - вкрадчивый шёпот пленил меня. Мне хотелось сейчас же отдаться этому голосу, но я сдержала своё тупое желание. - Гораздо важнее то, что я сообщу тебе сейчас, - заявила неземная девушка. 

- Тогда хотя бы имя, - попросила я. Мне показалось, что это была не просьба, а мольба. - Я не знаю, как к тебе обращаться, - оправдалась я, почувствовав на себе несколько укоризненный взгляд. 

- Ну хорошо, - смягчилась та. Вздохнув, она назвалась. - Называй меня Вейтлесс. 

- Благодарю и на этом, - излила я свою горячую благодарность. 

- Ты отвлекла меня от того, за чем я явилась сюда, в твой сон, - раздражённо сказала Вейтлесс. - Мне нужно срочно передать тебе послание от Него, - торопливо заверещала брюнетка. - Сегодняшняя ночь - особенная. Запомни вот что, - она начала повторять какие-то странные и пока непонятные для меня слова. - Четыре человека, тринадцатое июля, особенная ночь, черная гнилая птица и черноволосая. Четыре человека, тринадцатое июля, особенная ночь, черная гнилая птица и черноволосая. Четыре человека, тринадцатое июля, особенная ночь, черная гнилая птица и черноволосая...

Я открыла глаза. Оглянувшись, я поняла, что проснулась. Я в тюремной камере. В комнате царят кромешная тьма и тишина. Я приподнялась над постелью, потом села на край моей каменной кровати и свесила ноги вниз. Мой мозг кипятился, как чайник перед тем, как засвистеть. Я вмиг покрылась потом от жуткого напряжения. 

Обычно сны забываются. Точнее, они забываются в девяноста процентов случаев. Но эти два, видимо, попали в оставшуюся десятку, так как до сих пор они живы в моей памяти, как будто их события происходили наяву. 

Я сразу поняла, что Тёмный и Вейтлесс приходили ко мне в голову не просто так. Я несуеверна, но в вещие сны верю, так как много раз их события предсказывали то, что произойдёт в будущем. Потому сейчас я зарылась в размышлениях и думала, думала, думала...

- В какой она камере? 

Я резко замерла, услышав женский шёпот из коридора. 

- В десятой, - ответил ей чей-то мужской. Потом послышались крадущиеся шажочки к моей двери. Я медленно каменела, сознавая, что за мной пришли. Резко вспомнились слова Вейтлесс: ,,Четыре человека, тринадцатое июля, особенная ночь, черная гнилая птица и черноволосая". Только сейчас я разгадала их загадку. Четыре человека - ,,Корпсы". Тринадцатое июля - день впадения в кому Тео. Черная гнилая птица - Ворон. Черноволосая - Трин либо сама Вейтлесс. И только выражение ,,особенная ночь" оставалось для меня неясным. 

- Сноу, ключи! - я очнулась, услышав резкий раздражённый приказ. Я пододвинулась к углу комнаты и вся сжалась в комочек, как котёнок. Я была бледна, как сама смерть. 

- Вот, вождь! - отвечал чей-то покорный и довольный голос, визгливый до ужаса. Я услышала бряцание ключей о замок. 

- Наконец-то мы поставим на место эту малолетнюю шавку! - соблазнительный женский голос с удовлетворением проговорил эти слова. В каждом из них сквозила лютая ненависть. 

Вот уже медленно поворачивается ручка. Бесшумно раскрывается дверь. На пороге моей камеры оказываются мои судьи и те, кого я почему-то хочу видеть - ,,Корпсы". 

- Просыпайся, милая, - слащаво проговорила рыжая, с ухмылкой наблюдая за моим содрогающимся от неимоверного страха телом.

- Сегодня твой последний день, - завизжал противный голос блондина. - Если ты хочешь более быстрой смерти, советую отдаться мне и Ворону, - безумно захохотал парень.

- Эй, а со мной поделиться не хочешь?! - оскорблённо закричала Фокс. 

- Заткнитесь оба, - прорычала ,,чёрная гнилая птица". - Мы исполняем Его приказ. Так что уклоняться от его трактовки нам не следует. 

,,Его"? Кого это приказ они исполняют?" - промелькнула мысль в моей измождённой голове. Но я не стала на этом зацикливаться. Зачем, если всё равно через полчаса от меня и костей не останется? 

- Верёвку! - скомандовал Ворон, протянув руку. 

- Есть, капитан! - шутливо ответил ему Сноу, положив в его ладонь тугую бечёвку грязно-соломенного оттенка. 

- Молчать! - рявкнул черноволосый. Банда сразу умолкла и испуганно взглянула на своего главаря. - Иначе охранники скоро очнутся. 

Он неспеша подошёл ко мне. Я сидела и водила глазами по комнате и людям, её наполнявшим, точно умалишённая. 

- Мальвина, - медленно произнёс моё имя Ворон, пытаясь понять его затаённые тайны и ощутить его терпкий вкус. - Выйдите! - велел своим приспешникам. Те начали что-то говорить и возражать своему вожаку. - Я сказал: выйдите! - злобно крикнул брюнет. Банда быстро ретировалась, не желая попасть под горячую руку своего вождя. 

На пятнадцать минут в комнату водворилась прежняя тишина, прерываемая лишь моим частым дыханием и его возбуждённым.

- Ты симпатичная, - Ворон резко нарушил тишину. Я непонимающе уставилась на него. 

- Зачем это? - спросила я. Мой голос эхом отскочил от стен. Теперь уже брюнет недоумённо взглянул на меня. 

- Зачем что? - поинтересовался он, неспешно изучая мои волосы своей жёсткой и грубой ладонью. 

- Зачем ты сказал это? Зачем ты ласкаешь меня в мои последние минуты? - продолжала я свои расспросы, пытаясь вырвать свои волосы из его цепких лап. 

- Какая разница? - возбуждённо прошептал мужчина, наклоняясь к моему уху. Я ощутила на себе его частое дыхание и содрогнулась. Я по опыту знала, что это дыхание означает. - Скажи, ты любила его? - брюнет начал покрывать мою шею поцелуями. 

- Что... что ты делаешь, грязный ублюдок?! - заорала я и резво вскочила на ноги. Ворон тоже встал. Наши взгляды встретились: мой - оскорблённый, полный испуга и страха, его - яростный, прожигающий ненавистью. Его ладони сжались в твёрдые неразгибаемые кулаки. Но я просто так не сдамся. Моё лицо покраснело от злости. Я приготовилась к борьбе. С одним я могла справиться - о, благодарю тебя, мой дядя Саймон! 

- Эй, вождь! Не жди, что я отдамся тебе, как паршивая девка вроде твоей возлюбленной Фокс! Я тебе тут не дама с проезжей дороги! - злобно оскорбляла я его. Я насытила каждое произнесённое мною слово ядом ненависти и обиды. Мой недонасильник вышел из себя и без слов набросился на меня, думая с первого же удара прогнуть под свою тушонку. Не на ту нарвался, урод! 

Я быстро выскользнула из-под падающего тела черноволосого. Мужчина рухнул прямо на грязный пол моей камеры. 

- Эх ты, мудила! Интересно, что скажут твои ,,друзья", увидев, что ты не можешь справиться с хрупкой девушкой, какой являюсь я? - рассмеялась я гадким смехом. 

Брюнет сразу поднялся и с новым рыком кинулся на меня. Я проскользнула под его туловищем, не забыв хорошенько въехать ему между ног. Я быстро встала на ноги и удовлетворённо потирала руки. Главарь ,,Корпсов" согнулся, испытывая, наверное, сильнейшую боль.

- О боже мой! О-ох, - заохал этот бедолага. 

Пока он тут корчился в ,,смертельных муках", я подошла к нему, подвела рот к его уху и вкрадчиво прошептала:

- Скажи, ты любил её? - я незаметно для него выхватила ключи из кармана черных кожаных брюк. А потом - сильный удар по его спине старой табуреткой, до сих пор спокойно стоявшей в углу и ждавшей своего смертного часа. Мужчина лишь крикнул: ,,АААА!" и упал, потеряв сознание. 

Я, довольно улыбнувшись, вышла из камеры и осмотрела коридор на наличие ,,Корпсов". Никого не было. Я прислушалась.

- Эх, как бы я хотел быть сейчас на месте Ворона! - я опознала голос Сноу. 

- И не мечтай, бета! - а это Фокс. 

Я установила, что банда в столовой, а значит, я могу выскользнуть отсюда незамеченной. Столовая была в левом крыле здания, а выход находился в правом. Я повернулась и в последний раз взглянула на распластавшегося Ворона. Я не смогла сдержать ласковой улыбки. Спящий, брюнет выглядел как довольное дитя... Эй, чего это я? Мне пора бежать. 

Не раздумывая, я закрыла и заперла дверь ключом. Положив его в карманы серых тюремных шаровар, я сначала быстрым шагом, а потом - бегом побежала к выходу из Сайленс Призон. 

Вскоре приятный ветер гладил моё лицо и раздувал, как паруса, мои волосы. 

© Marietta De Black ,
книга «Правые виноватые. Вседозволенность власть имущих».
Комментарии