Часть первая. Глава 1. Бар
Глава 2. Взрыв
Глава 3. Замок
Глава 4. Гости
Глава 5. Разговор при луне
Глава 6. Дух противоречия
Глава 7. Истерика
Глава 8. Море Истока
Глава 9. Странное свечение
Глава 10. Старая знакомая
Часть II. Глава 11. В гостях у Ллэра
Глава 12. Вирус
Глава 13. Луна доа
Глава 14. Тени
Глава 15. Рецепт
Глава 16. В замке
Глава 17. Уговор
Глава 18. Покажи
Глава 19. Исцеление и смерть
Глава 20. Самый древний атради
Глава 21. Пещера
Часть III. Глава 22. Бал
Глава 23. Доани
Глава 24. Сила ревности
Глава 25. Голос
Глава 26. Ловушка
Глава 27. И снова Тени
Глава 28. Правда
Глава 29. Новый Замок
Глава 30. План Таль
Глава 31. Выбор
Глава 32. Снова вместе
Глава 33. Нэшта
Глава 34. Прощание
Глава 35. Конец и начало
Эпилог
Глава 10. Старая знакомая

Там, в Тмиоре, подтверждения Миры не требовалось. Догадка ослепительной вспышкой пронеслась мгновением раньше — на скале, куда перенёс Роми. Но Адан всё равно вернулся на пляж, чтобы услышать от испуганной девчонки «Таль, врач».

Её врач. И его любовница.

Всё правильно. Вот оно недостающее звено, связывающее с угодившим в плешь зверьком.

…Новенький офис радовал глаз несмотря на то, что вокруг царил самый настоящий хаос. По полу были раскиданы пластиковые коробки, некоторые до сих пор запечатаны и не тронуты, какие-то наполовину распакованы, а часть — уже пустые и сваленные в кучу около двери. Лёгкая, практичная мебель из тонкой фиолетовой пластмассы так и осталась стоять там, где бросили, без намёка на удобство и комфорт. Ещё предстояло всё расставить, разобрать, подключить. Но уже сейчас Адан отчётливо осознавал, что после стольких лет мечта сбылась.

Его собственный офис, в котором он сам себе хозяин и волен поступать так, как захочет. Без консультантов, без десятка пытливых, следящих за каждым движением коллег и начальства. Позади учеба, стажировка, бесконечный год работы в Центральной Адвокатуре, чтобы получить разрешение на практику, мучительные месяцы ожидания документов, и вот наконец долгожданная свобода. Отличный подарок себе на тридцатилетие.

— Как здесь всё… фиолетово, — послышался сзади весёлый, звонкий женский голос. — Вы — Адан?

Он вздрогнул от неожиданности. Резко обернулся, с удивлением уставился на незнакомку в летнем платье тёмно-оранжевого цвета. Адан не слышал, как она вошла, хотя должен был. И мог поклясться, что закрыл дверь на ключ.

— Да, — он кивнул, с интересом разглядывая её. Высокая, худенькая и очень симпатичная с копной вьющихся каштановых волос, свободно спадающих на обнажённые, загорелые плечи. Хитрый, но одновременно дружелюбный взгляд синих глаз. И очаровательная, милая улыбка. Он никогда раньше не встречал её, потому что обязательно запомнил бы, если увидел. Таких сразу выделяют из толпы. А крутившийся на языке вопрос о том, как она здесь очутилась, вдруг трансформировался в другой: — Чем могу быть полезен?

— Мне нужен адвокат, — не дожидаясь приглашения, незнакомка ловко выхватила стул, опустила его на каменный пол, тоже фиолетовый, и уселась, закинув ногу на ногу. — Дело в том, что я получила наследство от отца и хотела бы прояснить кое-какие моменты, прежде чем вступлю в права. Меня зовут Таль Гаон.

Следовало сразу прервать поток объяснений, сказать, что только что переехал и совершенно не готов давать консультацию, а тем более, браться за её дело.

Адан не мог. Вместо этого внимательно, словно загипнотизированный, слушал. Каждый раз, когда хотел задать какой-то дополнительный вопрос, Таль говорила то, что ему требовалось знать. Словно читала его мысли…

Так началось их знакомство. И она действительно читала мысли, но об этом Адан узнал гораздо позже — сегодня утром, когда, как сумасшедший, бросился к ней из Тмиора в Актарион. И только там, стоя на лужайке погружённого в ночную темноту парка перед её домом, окончательно осознал — Таль, эта красивая, но слишком навязчивая женщина, которая полгода преследовала его, не желая мириться с расставанием и находя каждый раз новый предлог для встречи, была из другого мира.

Несколько месяцев тому назад она исчезла из его жизни — не приходила, не поджидала у офиса или квартиры, как обычно. Даже не названивала, вымаливая о последнем свидании. И хотя успела оставить бесчисленное количество напоминаний о себе, он с облегчением вздохнул. Зря.

Телепортация, телекинез и всякие прочие телеумения, которые так неожиданно получил сам, были в её арсенале с самого начала. И если до сегодняшнего дня навязчивое внимание Таль не воспринималось, как проблема настолько, чтобы заморачиваться, теперь заморочиться придется.

Долгожданный вечер всё никак не хотел наступать. Время тянулось мучительно долго. Казалось, секунды превратились в минуты, минуты стали часами, часы — неделями. Адан переделал всё, что мог: заявил об украденном вместе с документами и кошельком кабриолёте, восстановил необходимые карточки — так показалось проще в новых обстоятельствах. Когда найдут, если ещё не обнаружили обгоревшие остатки, решат, что кто-то просто «одолжил» покататься. Жертв нет, файл закроют. Страховая компания уже пригнала на стоянку новенькую машину, только садиться за руль Адан побоялся. Зато по дороге домой обзавелся новеньким телефоном. Мобильник, правда, никак не соглашался работать в его руках, но хотя бы был, как у всех нормальных людей в Бэаре. Адан даже привёл в порядок квартиру, избавившись от кровавых следов опыта превращения в доа на собственных стенах.

И всё же становиться опять нормальной, обычной, как у всех, его жизнь не спешила, а бесконечный, сумасшедший день не желал заканчиваться.

Серые низкие тучи продолжали нелепо громоздиться друг на друга. Свинцовые, уродливые, сначала они закрыли солнце, а через секунду от голубого неба не осталось даже кусочка. Резкий порыв ветра выхватил из пепельницы окурки, закружил в безумном танце, унося с собой. Несколько тяжёлых, крупных капель упали на лицо, скользнули вниз, оставляя на коже мокрые следы. Следом раздался оглушительный гром. Яркая молния ослепила, вынуждая зажмуриться.

Адан вернулся с балкона обратно в квартиру, задвинул стеклянную дверь — электричества снова не было. Новенький трансформатор, установленный пару часов назад, сгорел, как только он попытался включить оптическую штору. Чёртово биополе… Интересно, как теперь с ним жить в мире, где каждый сантиметр напичкан техникой. Ладно, об этом он подумает потом.

Опустив на столик пепельницу, Адан присел на мягкие подушки, откинулся назад. Уставился в окно.

В мегаполисе начиналась гроза. Почти настоящая. По крайней мере в это очень легко поверить, лежа в полумраке на удобном диване и слушая, как по стеклам барабанят тяжёлые капли отфильтрованной воды. А где-то там, на расстоянии тысяч километров, за Сферой, по-прежнему светит яркое солнце, на синем небе — ни облачка, свежий воздух пропитан запахом моря. Солоноватый, он чуть горчит на языке, от него с непривычки першит горло и голос становится хриплым. Через несколько часов оранжевый диск солнца исчезнет за горизонтом, и ему на смену на потемневшем небосводе появится огромная сиреневая луна, моментально погружая высокие плоские скалы, гигантскими столбами торчащие из воды, в фиолетовые сумерки. А в воздухе по-прежнему будет пахнуть морем.

Неизвестный день, неизвестная ночь.

Поразительно… Прожить в Бэаре тридцать с лишним лет и не иметь ни малейшего представления, каким может быть его мир. Настоящий, неупрятанный под крышку и так сильно отличающийся от всего, к чему привык. А сколько ещё он не знает о собственной планете. Вечности не хватит, чтобы увидеть, вдохнуть, прикоснуться к девственной природе.

Оставшиеся до вечера часы Адан попытался скоротать за сном, но уснуть так и не получилось. То ли из-за всего, что произошло в последние сутки, то ли из-за ливня и пронзительных ярких вспышек зеленых молний — где-то наверху, над Сферой, тоже бушевала буря. Он несколько раз вставал, подходил к огромным, почти с него ростом, окнам гостиной. Выходил на балкон, курил, потом возвращался. Долго стоял, прижавшись лбом к стеклу. Думал. Дважды порывался броситься обратно в Актарион, дважды практически в последний миг заставлял себя остаться и подождать ещё чуть-чуть.

Адан всё равно пришёл слишком рано.

В Миере только-только рассвело, но больше ждать просто не хватило сил и терпения. Голубое солнце лениво карабкалось по тёмному небосводу, превращая сад в плод чьей-то больной фантазии, ставшей вдруг реальностью.

Адан с любопытством огляделся — здесь всё было совсем не так, начиная с яркого оранжевого неба в ошмётках уродливых бурых облаков и заканчивая розовой травой под ногами. По периметру сада — нечто тоже розовое, отдалённо напоминавшее кустарник.

Внутри двухэтажный дом чем-то смахивал на его собственную квартиру, и стало понятно, что имела в виду Мира, когда оказалась у него. Простор, натуральный камень, дерево, массивная удобная мебель и куча всевозможной техники. Адан недовольно поморщился, физически ощущая сопротивление магнитных полей. Кажется, в Актарионе их было гораздо больше, чем в Бэаре.

Спальня не поражала воображение. После буйства красок снаружи и, помня совместные ночи с Таль, Адан ожидал увидеть что-то такое… явно не то, что предстало его взору. Всё оказалось намного скромнее и меньше, хотя и довольно мило. Удобно и функционально.

Каменный пол, отделанные натуральным деревом стены, такая же мебель. Посередине — овальная кровать на массивной подставке, занимавшая большую часть пространства, вдоль стены — шкаф с раздвижными дверцами, напротив, у самого окна, громоздились два мягких черных кресла, а между ними ютился круглый деревянный столик.

Ещё один, почти такой же, только меньше, располагался у изголовья кровати. На нем, судя по всему, остатки романтического ужина: пустая бутылка, два бокала, ваза с причудливыми фруктами, ни один из которых не выглядел съедобным.

В воздухе витал до боли знакомый приторно-сладкий аромат излюбленных благовоний Таль, от которых обычно через пару минут начинала болеть голова.

Адан прошёл вглубь, осторожно переступая через разбросанную по полу одежду. Серебристые туфельки без каблука, синие мужские брюки, тёмно-голубая рубашка, почему-то только один белый ботинок. У столика сиротливой тряпочкой валялось серое блестящее платье.

Он молча опустился в кресло. Пошевелил на расстоянии бутылку на столике. Она на миг зависла в воздухе, а секунду спустя разлетелась на кусочки оглушительным звоном по полу.

Два голых тела на чёрных простынях зашевелились.

— Доброе утро! — громко произнес Адан, откидываясь на мягкую высокую спинку.

Худощавый светловолосый мужчина первым заметил его присутствие. От неожиданности подскочил, прикрываясь тонким одеялом, и изумлённо уставился на Адана. Следом с подушки подняла голову Таль. Заспанный взгляд моментально трансформировался в удивлённый.

— Адан?! — воскликнула она, приподнимаясь на локте.

— Какого хре… — герой-любовник не успел возмутиться. Проломив дверцы, его тело с грохотом приземлилось в шкафу. Сверху посыпались полки и одежда.

Таль не сдвинулась с места, так и осталась полулежать на постели. Даже не обернулась, продолжая смотреть в упор на Адана:

— Что ты здесь делаешь?

— Соскучился. Извини, что без букета.

— Между прочим, ты только что сломал ему два ребра, — она произнесла это так, будто всего лишь констатировала свершившийся факт. Равнодушно, без страха или жалости.

— А ты разве не предупредила беднягу, что, трахая тебя, он сильно рискует? Могут начаться метаморфозы. Эта была первая. Встанет, будут и другие.

Таль улыбнулась, продолжая смотреть ему в глаза. Прищурилась. Виски слегка сдавило, и Адан впервые почувствовал, каково это, когда пытаются пробить защиту, чтобы украсть мысли — словно сотня маленьких острых коготочков впилась в голову одновременно. Ещё секунда, и они влезут внутрь, разрывая на части плоть, и начнут безжалостно копошиться.

— Хм, — Адан помахал в воздухе указательным пальцем. — Ничего не получится, любимая. Я сильнее.

Коготки исчезли.

— Дай мне десять минут. Насколько я понимаю, впереди у нас долгий серьёзный разговор. Не хочу отвлекаться, но придется, если он, — она кивнула на разломанный шкаф, — останется валяться здесь без сознания.

— Буду ждать внизу, — Адан поднялся. — У тебя пять минут убрать мусор.

Пульсирующая боль в венах исчезла, стоило выйти из дома и с шумом вдохнуть воздух. Даже он здесь был другим — сладкий, обволакивающий.

Адан задумчиво уставился на голубое солнце, размышляя, каким должен стать его следующий шаг, а заодно прикидывая в уме, что делать, если Таль не появится. И в случае других неожиданностей, которые невозможно предугадать, но стоит опасаться.

Она всё же пришла. И даже гораздо быстрее, чем он предполагал. Не появилась из воздуха, как ожидалось, а бесшумно подошла сзади, хотя Адан все равно почувствовал её приближение.

— Как ты меня нашёл? — горячие ладони легли на его плечи.

— Ты же знаешь, я не силён в физике, — не оборачиваясь, ответил он.

— Хорошо… Тогда сформулирую по-другому, — спокойный, ровный голос. Но Таль нервничала, он это знал, чувствовал, хотя она изо всех сил старалась скрыть. — Что ты теперь можешь?

— Свернуть тебе шею.

— Я имею в виду из того, что не мог раньше.

— Свернуть шею и прочитать твои предсмертные мысли.

— Значит, у меня получилось.

Адан развернулся к ней, удивлённо вскинул брови. Таль, облачённая в короткий чёрный халатик и туфельки, довольно улыбалась. Только её пальцы слегка дрогнули и тут же сплелись в замок на его шее. А он-то думал, она испугается, будет отрицать, придумывать оправдания. Или хотя бы оденется.

— Видимо, получилось, — Адан нахмурился. — И сейчас ты расскажешь, что именно.

— Пойдём, — Таль взяла его за руку и повела за собой через сад. — Не пытайся узнать, о чём я думаю. Я тоже умею защищаться.

— Ты слабее.

— А ты не чувствуешь границ. Будешь так ломиться в ментальный блок, сломаешь и всё.

— То есть я должен перестать из жалости к тебе?

— Отнюдь, — Таль обернулась и подмигнула. — Просто так ты ничего в итоге не узнаешь уже никогда.

— Не факт, — хмыкнул Адан, но попытки прочитать мысли прекратил.

Они свернули за угол дома, где нелепая розовая травка к радости Адана сменилась мелким, похожим на дроблённый асфальт, гравием, который мягко пружинил под ногами. В нескольких метрах от них в тени невысоких деревьев располагалась симпатичная резная беседка.

— Я попросила приготовить нам лёгкий завтрак, — пояснила Таль, хотя он ничего не произнёс.

Адан невольно напрягся — неужели сумела все-таки проникнуть к нему в голову? С ней надо быть осторожней. Не расслабляться, глазея по сторонам.

Они вошли внутрь. Адан равнодушно скользнул взглядом по накрытому круглому столику, явно брату-близнецу того, из спальни.

— Я не голоден.

— Всё равно садись, — Таль кивком указала на плетеные кресла с мягкими чёрными подушками.

Он послушно сел, она осталась стоять. Несколько раз прошлась взад-вперёд, словно собираясь с мыслями или обдумывая, что именно следует рассказывать.

— Я тебя не обманывала, — наконец заговорила Таль.

— Да ну, — хмыкнул Адан.

— Я не врала, — она остановилась, облокотилась о бортик беседки спиной и с улыбкой посмотрела на него. — Всё, что ты обо мне знаешь, правда.

— Зато сколько я всего о тебе не знаю, — усмехнулся он, облокачиваясь назад и скрещивая руки на груди. — Можешь начинать. Я весь внимание. Считай, что у тебя уникальная возможность убедить меня не сворачивать тебе шею. Чем искренней ты будешь, тем больше шансов выйти отсюда живой. Имей это в виду, — Адан подмигнул.

— Ты не пришёл убивать. Ты просто обижен. А если бы пришёл, то, — Таль тряхнула головой, отчего скрученные на затылке тёмные волосы волной упали на плечи, — не смог бы.

— Уверена?

— Меня — не смог бы.

— Давай без лирических вступлений, — он многозначительно ухмыльнулся, без стеснения разглядывая знакомое тело. Под халатом, конечно же, ничего нет. Соблазнительная, чувственная дрянь. — Лучше расскажи, что тебе говорит… Например, имя Мира.

— Ничего, — Таль словно ждала этого вопроса. — Вернее, говорит слишком много. Мира — самое распространённое женское имя в Актарионе. Я каждый день узнаю, как минимум, двух новых Мир.

— И всех отправляешь в плешь?

— Куда? — Её удивление выглядело совершенно искренним, но он всё равно не поверил. Почти по слогам повторил:

— В плешь. Знаешь, в такой себе хреновый дырявый фильтр между мирами, где первые несколько минут думаешь, что сходишь с ума. Потом даже не сомневаешься, что сошёл, потому что из воздуха появляется полуголая рыжая красотка-атради и угощает тебя как ни в чём не бывало коктейлями. А дальше ещё фееричней, — Адан зло усмехнулся, вспоминая, как почти поверил, что не выживет после падения кабриолёта. — Всё ещё не звучит знакомо?

— Значит, плешь на самом деле существует, — блудливая улыбка исчезла, а тон Таль вызвал сомнение в собственной теории.

— Хочешь сказать, ты о ней не знала? — Адан нахмурился.

— Слышала, но не думала, что это правда. Мы называем по-другому. Не плешь, а дыра. Только никаких свидетельств её существования нет. Она, как миф. А если и есть, то никто из Актариона туда не попадает.

— Ну вообще-то насколько я знаю, попадает, — Адан уставился на Таль. — Я видел своими глазами. И как ты, надеюсь, понимаешь, мне сейчас не до шуток. Но если ты предпочитаешь никогда больше не выходить из этой беседки и продолжишь настаивать, что имя Мира тебе ничего не говорит...

— А должно?! — перехватив его многозначительный взгляд, она шумно выдохнула: — Ладно. Допустим. Как она выглядела?

— Невысокая худенькая брюнетка. В красных коротких брюках. Волосы чуть ниже плеч. И почему выглядела? Она до сих пор так выглядит. Разве что одежда…

— Эту Миру я знаю, только так она уже не выглядит, можешь мне поверить.

— Это почему это? — насторожился Адан.

— Потому что эта Мира погибла. Таксилёт, в котором она летела, взорвался.

Способности молчали, опыт, сбитый с толку тем, чего быть не может, просто потому что не может быть, заткнулся, казалось, навсегда. Оставалось полагаться только на интуицию, а она настойчиво подсказывала не торопиться с рассказами о чудесном спасении Миры.

— Ты уверена? — осторожно поинтересовался Адан.

— Более чем, — Таль опустила голову, задумчиво покусала верхнюю губу, посмотрела на него. — Эту аварию… Взрыв… Это не совсем случайность.

Раньше, чем она договорила, Адан уже понял, что Таль собирается сказать. И остолбенел от шокирующей откровенности.

— К… — он осёкся. Нет. «Как?» — это даже не вопрос. Не тот, что на самом деле имеет значение, и который стоит задавать в сложившихся обстоятельствах. Как — он и сам знает, но хотя бы чувствует себя виноватым. А вот у стоящей рядом женщины ни вины, ни раскаяния не наблюдалась. Перед ним — иная Таль. Неизвестная, незнакомая, опасная. — Зачем?

— Так было проще. Лучше. Для самой Миры, — она повела плечом, словно говоря: ты всё равно не поймёшь.

— А ты всё же попытайся.

— Всё намного проще, — после недолгой паузы вновь заговорила Таль. — Если смотреть с нашей точки зрения.

— Нашей?

— Да, нашей. Способных жителей Актариона. Тех, у кого есть определённые умения и кому не безразлично будущее нашего мира.

— Звучит, как предвыборный лозунг политической партии, — ухмыльнулся Адан. — Но даже если у вас тут оправдывают преднамеренное убийство, я всё равно не понимаю, какое это имеет отношение…

— Прямое, — перебила Таль. Видимо, заметив его изумление, торопливо добавила: — Я объясню. Постараюсь, но сначала ответь на один вопрос. Это важно, — она умоляюще сложила руки. — И, правда, имеет отношение к тому, что я хочу рассказать.

— Ну?

— Ты можешь, сейчас, здесь, — Таль обвела глазами беседку, — вернуться к себе? В свой мир?

Адан в сотый раз за этот долгий день удивлённо вскинул брови.

— Это не простое любопытство, поверь. Можешь? — настойчиво переспросила она, приближаясь и не сводя с него пристального взгляда.

Он прислушался к себе, и как будто к привычным шести чувствам добавилось ещё столько же. Надо только понять, что хочет, куда, и становится ясно — как. Невидимые до вчерашнего дня поля, ощущения, запахи, звуки. Обычное пространство наполняется светящимися точками, коридорами, проходами, порталами между соприкасающимися гранями Вселенных. Остается только нащупать нужный и шагнуть, вынуждая две точки сблизиться, соединиться, на каком бы расстоянии они не находились.

— Могу.

— Я знала! Ты прокалываешь пространство, — Таль довольно хлопнула в ладоши. — Значит, я не ошиблась. Моя теория верна — ты особенный. Не такой, как мы.

— Это типа должно меня радовать?

— Конечно! Это великолепно. Это замечательно. Это же… Ты же… как они!

— Мы, они… Да я вот теперь даже и не знаю, — саркастически протянул Адан, — радоваться мне или начинать беспокоиться.

— Понимаешь, я не могу, — Таль возбуждённо взмахнула руками, — взять и оказаться вот отсюда, с этого места, — она зачем-то топнула ногой, — в другом мире!

— Это должно меня огорчить? — хмыкнул Адан.

— Знаешь, почему не могу?

— Не имею ни малейшего представления.

— Потому что отсюда нет коридоров. Вообще, нет, — Таль застыла, выразительно глядя в глаза.

— И? — выдержав паузу, спросил Адан.

— Мы не такие, как ты.

— О, теперь я, наконец-то, понял! — он усмехнулся. — Вы не такие, как я, они не такие, как вы. И знаешь, что я думаю? — Адан театрально вытаращил глаза: — Это же охренеть, как всё стало ясно!

Таль перестала улыбаться. Какое-то время задумчиво смотрела на него.

— Ладно. Я попытаюсь, чтобы стало яснее. Дело в том, что в отличие от тебя мы…

— Мы?..

— Я и такие, как я. Актарионцы, наделённые способностями с рождения. Мы не можем прокалывать пространство для телепортации. Для переходов между мирами используем порталы, которые есть далеко не везде и не всегда. Ты тоже должен их чувствовать… Они, как окна, ведущие из одного измерения в другое.

— Вижу, — согласился Адан, прищуриваясь и снова прислушиваясь к себе. — Только не понимаю, как это вообще возможно… С точки зрения науки…

— Забудь о вашей науке, — оборвала Таль. — Пытаться что-то объяснить с её помощью, это все равно, что рассказывать трёхлетнему ребенку, откуда берутся дети.

— А у вас они берутся оттуда же? — не удержался он, ухмыляясь.

Таль отмахнулась.

— Проблема Актариона в том, что нас мало.

— Опять вас? — Адан вопросительно изогнул брови.

— Способных, — пояснила она. — Тех, кто обладает паранормальными способностями. Это делает нас очень уязвимыми. Во-первых, то, что мы можем, далеко не всегда передаётся по наследству. Ген, отвечающий за способности, не стабилен. Во-вторых, мы довольно сильно ограничены в наших перемещениях. Между мирами — только через порталы, но и внутри Актариона телепортация забирает колоссальное количество энергии. Любой, самый одарённый Способный, по сравнению с тобой — неумелый младенец. Мы не приспособлены накапливать энергию так, как это делаешь ты. Наш организм рано слабеет, изнашивается. Мы даже не успеваем стареть. Средняя продолжительность жизни очень невелика — большинство из нас не дотягивают до сорока лет.

— Стоп. Это всё, конечно, очень познавательно, но… Какое отношение имеет ко мне? И к убийству Миры.

— Именно это я и пытаюсь объяснить. Ты можешь просто выслушать, не перебивая?

— Обещаю попробовать.

— Основное различие между нами и теми, у кого нет никаких способностей — кровь. Я работаю в Институте Крови. То, что мы пытаемся выяснить, это возможно ли создать способности искусственным путем, — Таль перестала мерить беседку шагами и опустилась в кресло напротив.

— Насколько я понимаю, пока у вас ничего не получилось, так?

— Так, — она кивнула. — И тогда я предложила попробовать позаимствовать кровь Способных из других миров.

— И что? — улыбнулся Адан. — Неужели не нашли добровольцев-доноров?

— Нашли, — усмехнулась Таль. — Только их кровь оказалась несовместимой с нашей или слишком слабой.

— Наверное, я должен посочувствовать, но ты же не обидишься, если не буду? И прости за нетерпение, но всё, что ты наговорила, даже на миллиметр не приблизило меня к пониманию, какого чёрта ты пыталась убить Миру, а я стал каким-то доа.

— Доа? — с довольной улыбкой повторила Таль, видимо, решившая игнорировать его сарказм напрочь. — Значит, это так называется. Как ты узнал?

— Так сказал Ллэр, — Адан не сводил с её лица пристального взгляда.

— А он кто? — она удивлённо моргнула. Он мог поклясться — не фальшивила.

— Он… Не важно. Друг. Атради.

— Атради? — Таль презрительно скривилась. — Я бы не стала доверять им. Вечные отморозки не признают никого, кроме своих. Кичатся своей бессмертной отравленной кровью. Но, собственно, это не меняет сути. Как бы ни называлась ваша раса, твоя кровь…

— Бессмертной? — перебил Адан. — В каком смысле?

— В прямом. Они не умираю и живут вечно. Видишь перед собой девушку, а на самом деле её возраст исчисляется десятками тысячелетий. Твой друг тебе ничего об этом не сказал?

Конец первой части.

© Екатерина Осеннова,
книга «Атради».
Часть II. Глава 11. В гостях у Ллэра
Комментарии